— Думаешь, это Владислав Владимирович её заставляет? — округлила глаза оборотница. — А она и не против?
— Приказ есть приказ, — пожимаю плечами.
Настя продолжает удивлённо хлопать глазками, пока мы въезжаем на закрытую территорию. Ворота открываются автоматически. За ними — ухоженное здание с колоннами, аккуратными дорожками, мягким светом. Всё дорого, всё сдержанно. Алёнушка уже стоит у входа и показывает охране золотую карту. Рядом, на низком старте, приготовился швейцар в ливрее. Когда мы тормозим, он открывает дверь и коротко кланяется.
Вслед за Алёнушкой мы проходим в здание. Внутри — приглушённый свет, тёплые тона, кожаные кресла, сигары на столиках. Пахнет дубом и дорогим алкоголем.
Это не ресторан. Это — Клуб.
Собственно, так он и называется. Просто: «Клуб». Место тусовки высокопоставленных силовиков не нуждается в громких названиях.
Именно в этот момент к входным дверям подходит высокий военный в бордовом кителе Лейб-гвардии. Направляется прямиком ко мне.
— Ваше Величество, Данила Степанович, — с лёгким поклоном произносит офицер. — Моё почтение. Полковник Семён Борисович Бартер.
Я киваю:
— Взаимно, Семён Борисович. Рад знакомству.
Полковник переводит взгляд на Алёнушку. И вот тут в его голосе прорывается язвительность:
— Ба! Алёна Эдуардовна, как вы прошли в Клуб? Точно ли по своему пропуску?
— На что вы намекаете, господин полковник? — вскидывает она подбородок.
— Я не слышал, что вы чином доросли до Клуба.
Алёнушка досадно хмурится. Похоже, лейб-гвардеец решил, что госпожа экспедитор зашла не со мной, а просто одновременно, потому и накинулся на неё.
Хм. Занятно, что моё собственное появление в офицерском клубе вопросов не вызвало вообще у местных завсегдатаев. Видимо, благодарить за это стоит ханскую кампанию и пограничную заварушку с финнами. Похоже, я уже вошёл в местную систему координат как «свой». Воевал, кровь проливал — значит, сойдёт, даже если официально боевым офицером не числюсь.
Я бросаю взгляд на лейб-гвардейца:
— Полковник, Алёна Эдуардовна показывает мне это замечательное заведение, — спокойно говорю. — Есть ли какие-то проблемы?
Полковник замирает и вскидывает брови. Затем резко выпрямляется:
— Нет-нет, Ваше Величество. Всё в порядке. Хорошего отдыха.
Он разворачивается на каблуках и уходит прочь, быстро посмотрев на Алёнушку со злостью и похотью. Видно, что неравнодушен к нашей провожатой. Впрочем, с такой фигурой, как у Алёнушки, она могла отказать не одному десятку резвых лейб-гвардейцев.
Алёнушка поворачивается ко мне с благодарственной полуулыбкой.