— За сегодня сделаю, шеф, — отзывается казид. — К вечеру будет.
Только отключаюсь, как приходит вызов на мобильник. Экран подсвечивает личный номер Алёнушки из Охранки. После того как госпожа экспедитор передала его будто бы ненавязчиво, я его забил в контакты, но ещё ни разу не воспользовался.
— Я ждала вашего звонка, Ваше Величество, — произносит с деликатной улыбкой. Тут же добавляет, будто спохватилась: — По поводу передачи Мерца Организации.
— Вы именно для этого и дали свой личный номер? — спрашиваю с любопытством.
— Конечно. А для чего же ещё? — звучит даже слегка удивлённо. И тут же поспешно переходит к делу: — Мы проверили память Мерца. Он подходит как козёл отпущения. Но как именно отдать его Организации? Вы можете помочь?
— Хорошо, — отзываюсь. — Сейчас всё улажу и перезвоню.
Разрываю соединение и тут же набираю Масасу уже по связь-артефакту. Коротко излагаю суть вопроса. Леди «шоколадка», конечно, только рада получить Мерца. Я сразу и сообщаю координаты места встречи в Москве. Специально выбрал поблизости от поместья, чтобы всё сделать быстро — да разъехаться.
Масаса выслушивает и кивает:
— Отлично, конунг Данила. Кстати, Ангел сейчас у херувимов. Будь осторожен, конунг, и знай: Организация за тебя вступится, если что.
Слыхал я про этих херувимов от Странника и Ратвера. Крылатые сородичи Ангела живут в своём собственном мире — и, по-хорошему, их надо бы бояться. Но мне лень.
Набираю снова Алёнушку.
— С Организацией я договорился, — и передаю координаты.
— Отлично, Ваше Величество! Тогда до свидания!
Вечером мы с Настей едем вдвоём на встречу в небольшом джипе — тёмные стёкла, водитель свой, молчаливый. Машина плывёт сквозь вечернюю Москву, петляя по объездным дорогам. Пункт назначения — окраина: заброшенная развязка у старого терминала. Когда-то здесь гудели аэропланы, теперь только ветер да бетон. Пространство пустое, открытое — идеально подходит для встреч, где передают «подарки».
На месте нас уже ждут.
Черный фургон стоит с выключенным мотором. Рядом застыла Алёнушка в черном кителе. Она приветливо машет нам с Настей. А позади улыбчивой девушки двое экспедиторов выволакивают из кузова кричащего Мерца. Он закован в антимагические кандалы, в глазах — паника, на лбу — пот, на лице — страх уровня «всё понял, поздно».
— Пожалуйста! — орёт прусак. — Не отдавайте меня иномирянам! Я сдам вам всех…!
Скулит, дёргается, обмирает, снова дёргается.
— Заткните его, — лениво бросает Алёнушка, даже не взглянув на пленника.
Экспедиторы впихивают прусаку в рот кляп, и Мерцу приходится замолкнуть.