— Как рада тебя видеть, конунг! Пойдём на пир в твою честь!
Я кивнул, представил леди Гюрзу, и мы пошли через замок. Гюрза шла рядом, цепляясь взглядом за всё вокруг — на её лице читалось явное замешательство. Утончённая, привыкшая к шелкам и роскоши, дроу явно не ожидала такой грубоватой обстановки. Каменные стены, минимум украшений, тяжёлые деревянные двери с железными заклёпками — никакой вычурности, только функциональность.
Поднялись в пиршественный зал. Всё по-прежнему: длинные столы, грубые лавки. Но стоило сесть — и тут я заметил перемены. Мяса, как всегда, было в избытке, но теперь на столах появились и другие блюда — запечённые овощи, тушёная рыба, тонкие лепёшки с травами. Шакхария явно шагнула вперёд.
Я устроился на скамье, скользя взглядом по залу.
Гюрза делится по мыслеречи, явно удивлённая:
— Не ожидала, что всё здесь будет так грубо и варварски. Принцесса Айра, конечно, наделена суровыми чертами, но она явно поопрятнее большинства шакхаров.
— Айра — ликанка по крови, да и тем более принцесса, — поясняю. — Вон королева Крана тоже опрятная.
— Она с ирокезом! — не согласилась Гюрза.
— Но волосы-то чистые, — парирую.
Я только успеваю отхлебнуть из глиняной чаши — не обычная кумысная бурда, а аж вино, — как ко мне подходит офицер Дозр, уж не знаю, какого он звания.
Он ловит момент и говорит негромко:
— Знаете, конунг Данила, я в курсе всех деталей вашей перепалки с моим отцом. — Он делает паузу, будто решаясь. — Но честно скажу: я благодарен вам. Ваше влияние очень сильно укрепило Шакхарию.
Я усмехаюсь и киваю:
— Ну что ж, хорошо.
Хотя мысленно только отметаю это рукой. Учитывая, что его отца, генерала Зодра, пришлось утилизировать — вынужденно, аккуратно и без лишнего шума — не могу поверить, что Дозр всерьёз.
Перед столом проходят поединки на посохах — обычное дело на пирах.
Тем временем к Гюрзе подходят две шакхарки. Боевые, широкоплечие, в простых рубашках без лишних побрякушек. Одна из них, оглядев Гюрзу с головы до ног, криво усмехается:
— Ты такая неженка, что аж бесишь, остроухая. Выходи на бой. Мы тебя отмудохаем.
Гюрза, не меняясь в лице, смотрит на них так, как аристократка смотрит на грязь под ногами:
— Как грубо. — Она моргает медленно, с показным высокомерием. — Но давайте. Только чур — без ваших стихийных доспехов.
Шакхарки усмехаются, переглянувшись:
— Нам они и не понадобятся. Ты нас даже не коснёшься.
— О, я вас не просто коснусь! — обещает леди-дроу.
Я молча перехватываю Гюрзу по мыслеречи:
— Уверена, леди? Я могу это предотвратить.
Ответ приходит быстро, сухо и самоуверенно: