Рывок — и я уже рядом. Три клинка Тьмы врываются в тело рыбины с идеальной точностью: один — в брюхо, второй — под жабры, третий — чуть ниже основания хвоста. Нашпиговываю её, как ежа, — и в следующее мгновение рыба помирает.
Провожу ментальную проверку, чтобы убедиться в летальном исходе. Хватаюсь за плавники. Пузырь воздуха вокруг доспеха держит давление, но рыба объёмная, как бочка, браться неудобно. Иду вместе с ней вверх по дну так, чтобы выйти ближе к своему туннелю. Вдруг глыбники заметят — тогда всё пойдёт кувырком.
Наконец, выныриваю. Берег скользкий, рыба — не то чтобы тяжёлая для меня, но неудобная. Тащу её на наплечнике, как бочку: через теневой портал Ломтика такую тушу не перекинуть, а резать долго.
Через часик выхожу к лагерю и скидываю тушу у костра. Все замирают.
Гепара аж приподнимает бровь, глаза округляются. Красивая облизывается — какая кошка не любит рыбу?
А рыба-то почти с меня ростом. Пузатая, с плотной бронёй чешуи, словно из металла. Тяжёлая, мясистая, с икрой.
— Данила Степанович, ты притащил так далеко какую-то рыбу? — не понимает логики Михаил.
— Это не просто «какая-то рыба», — говорю, скидывая теневой доспех. Он, к слову, и спас меня от того, чтобы не провонять рыбиной. — Это жёлтый ранг. Королевский деликатес.
— Желтый⁈ Я её разделаю, с вашего позволения! — тут же вызывается Михаил.
— Хорошо, — киваю. — Но аккуратно. Икру не разбросай.
Он кивает, и начинается работа: шуршание ножа по чешуе, всплеск крови, пар от жара костра.
Икру распределяю я сам. Основную порцию — Гепаре. Я настаиваю: ей нужно развивать «ментальный якорь».
Я тоже ем. Через геномантию чувствую, как это работает. Мгновенно питательные вещества идут по каналам — насыщают накопитель, укрепляют меридианы. Еда, которая не хуже аномального мяса способствует культивации.
Когда все доедают, я сажусь у входа в дот, на мох.
— Рассказываю, — говорю. — Что видел на дне озера. Там растут аномальные водоросли с пастями. Либо кто-то перенёс их туда, либо проросли через споры. Рыбы, что ими питаются, растут в ранге. Некоторые дорастают до жёлтого. А глыбники, в свою очередь, стараются достать этих рыб. Но нырять глубоко могут не все. Оранжевый — смог. Он ел этих рыб. А значит, цепочка силы работает: водоросль → рыба → глыбник. Логика простая.
Все молчат и переваривают не столько мясо, сколько информацию. Особенно у Михаила загораются глаза — догнал, какой мегаресурс обнаружился у него под родовым поместьем. Ещё никто в нашем мире не качал аномальных зверей, а мы — можем.
— Думаю, — хлопаю себя по набитому животу, — вздремну полчасика.