И вот наконец-то она здесь. Живая. Настоящая. Благодаря мелиндо.
Когда случилось пробуждение, телепатический голод ударил по матери, но обученные графом Данилой Целители быстро вмешались, помогли ей восстановиться. Теперь Алира лежит спокойно, дыхание ровное, а Лакомка не сводит с неё взгляда, ощущая в груди смесь радости и тревоги.
Мать медленно открывает глаза, смотрит на дочь, и в её взгляде облегчение, замешанное с растерянностью.
— Доченька… Ты здесь? Где мы?
— Всё хорошо, мама. Ты в безопасности.
Лакомка опускается рядом, Алира тянется к ней, обнимает, будто хочет убедиться, что это не сон.
Но затем её взгляд опускается на руку дочери, и на лице мелькает замешательство.
— Почему у тебя на безымянном пальце… золотое кольцо? Это что-то значит? У нас же принято носить зелёную лиану в знак брачного союза…
Лакомка улыбается, чувствуя, как внутри разливается тепло.
— Да, мама. Я замужем. За человека.
Алира резко напрягается, её глаза широко распахиваются.
— Что⁈ За человека⁈ — в её голосе смесь шока и возмущения. — Мне стоило догадаться… Люди обожают жёлтый металл. Но если кое-кто ещё жив, он убьёт твоего мужа!
Лакомка успокаивающе сжимает её руку.
— Ой, нет, мама. Если мы обе думаем об одном и том же… то да, он жив. Он в очереди на спасение в Южном Полюсе. Я видела список, до него ещё не скоро доберутся.
Алира замирает, в глазах растерянность и слабая надежда.
— Значит, жив?..
— Жив. Но он ничего не сделает моему мелиндо. Скорее, даже наоборот.
Замок лорда Гагера, Та Сторона
Гагер откидывается на спинку кресла, лениво потирая пальцами виски. В воздухе еще держится густая смесь пряного вина и сладковатого аромата благовоний — прелюдия к вечеру, который обещает быть занимательным. В его покоях лорда ждет удовольствие: полунагая наложница-дроу, щедрый подарок от одного из верных вассалов. Девчонка хрупкая, но с тем самым огоньком в глазах, который делает игру особенно приятной. Еще немного, и он отправится к ней.
Но едва он приподнимается, чтобы направиться к спальне, как раздается резкий вибрирующий гул — связь-артефакт с неприятным жужжанием активируется, вспыхивая холодным синим светом. Гагер раздраженно щурится. Кто там еще?
С нехотя поднесенной ладонью к камню он активирует связь, и перед ним в воздухе формируется мерцающее изображение Годунова. Изображение пляшет, словно боярин вещает из самых глубин Аномалии.
— Годунов, надо же, — протягивает лорд Гагер, кривя губы в ленивой усмешке. — Какими судьбами?
Боярин нервничает, но голос старается держать ровным:
— Лорд Гагер, я тут подумал… В общем, я скоро вынужден буду передать земли Филинову.