Сегодня я решил лично заняться зачисткой. Это будет мой эксперимент — насколько эффективно расчеты Морозова смогут работать в узких, хаотичных условиях городской застройки. Но сначала — обязательная часть: эвакуация жильцов. Не могу позволить себе жертв среди мирных жителей. Такой роскоши, как «побочный урон», мой новорожденный род не приемлет.
Рядом в машине сидят братья Смородины — два телепата, недавно присоединившиеся к моим вассалам. Молчат. Не потому что молчуны. Мы ведь телепаты и общаемся по мыслеречи.
— За дело, господа, — ментально бросаю.
Выходим из машины. Воздух холодный, влажный, в лицо дует неприятный ветер. Осень на Неве то еще удовольствие. Смотрю на дом, прикидывая, сколько времени займет очистка. Несколько десятков квартир, семья на каждой второй площади, а то и не одна. Придется потрудиться.
— Начинаем, — командую. Смородины тут же принимаются за дело.
Мы ходим по коридорам и обрабатываем местных. Смородины осторожно проникают в сознания жильцов, мягко направляя их мысли. Я подключаюсь к процессу, начиная с верхних этажей.
Первые двери открываются уже через минуту. Мужчина в тренировочном костюме, зевая, выходит в подъезд. Следом — женщина с ребенком на руках, сонный малыш тихо хнычет. Оба движутся словно во сне, направляясь к выходу. Отлично.
Я веду группы побольше, по пятнадцать человек за раз. Смородины работают с меньшими — по три-пять человек. Их уровень не позволяет взять на себя большую нагрузку, но они справляются.
Дом пустеет этаж за этажом. Чувствую, как жильцы выходят на улицу, где их встречают мои люди и отвозят подальше от зоны операции. Пока все идет по плану.
Но, как всегда, без сюрпризов не обходится. На четвертом этаже чувствую всплеск — не то гнев, не то страх. Захожу в левое крыло, спускаюсь на четвертый. Скрипучие ступени отзываются эхом. Перед нужной дверью останавливаюсь и стучу.
— Кто там? — грубый мужской голос.
— Сосед снизу, — спокойно отвечаю. — У вас все в порядке?
Дверь открывается резко, чуть не ударяя меня. На пороге стоит мужчина с налитыми кровью глазами. За его спиной женщина в уголке комнаты, прижавшая руки к голове.
— Ты кто такой? Чего тебе надо? — рычит он, перехватывая ремень, которым явно только что орудовал.
Всё-таки не ошибся. Картина знакомая.
— Вам нужно выйти, — говорю, глядя ему прямо в глаза. — Сейчас же.
Он напрягается.
— Пошел ты, — бросает он, но голос уже дрожит.
Усиливаю давление, вкладывая в слова побольше своего Дара.
— В здании эвакуация, сударь. Утечка газа. А потому выйди… через окно.
Мужчина трясет головой, словно хочет стряхнуть мои слова, но не может. Разворачивается, идет к окну. Открывает его, высовывается. Женщина вскрикивает, но я останавливаю её взглядом.