Жанна хмыкает, но затем соглашается.
— Как пожелаешь, милая.
Прекрасно понимаю желание барышни. Я поворачиваюсь к Насте.
— Носи и дальше кольцо, Насть.
— Конечно, Даня! — она с теплотой оглаживает золотой ободок.
Так она будет в безопасности, и даже Жанна не сможет взломать ей мозг без моего ведома. А то кто ж эту баронессу знает.
Покинув усадьбу Горнорудовых, я направляюсь к своему следующему назначению — на Лубянку.
Я прохожу через серию проверок: предъявляю документы, позволяю сканировать магический фон и даже открываю доступ к ментальной подписи — простая формальность для тех, кто не первый раз приходит на «Лубянку». Технологии безопасности здесь продуманы до мелочей, так что даже шаги и энергоканалы фиксируются и анализируются.
Наконец, меня провожают в кабинет Красного Влада.
Дверь открывается автоматически, и я вхожу в просторное помещение. Стены украшены старинными картами и диаграммами, на полках выстроены ряды книг и свитков. За большим столом сидит Влад.
— Конунг, рад тебя видеть, — приветствует он меня, поднимаясь и протягивая руку.
Мы обмениваемся крепким рукопожатием. На самом деле это большой прогресс в наших отношениях. До того, как я стал конунгом, он даже не вставал с кресла. Хотя и не должен был вообще-то.
— Взаимно, Владислав Владимирович.
Он жестом предлагает мне присесть в кресло напротив.
— Кстати, тебя хотел видеть Государь.
Он не тратит времени на предисловия и, достав из ящика стола небольшой артефакт — гладкий камень с выгравированными символами, — активирует его. В центре комнаты медленно формируется иллюзорный образ Царя Бориса.
Ого! Это что за вещица⁈ А у меня почему такой нет? Не просто голос, но и голограмма! Хочу-хочу! Гумалин, срочно разработать! Хватит бухать! Мы отстаем от царских связистов!
— Данила, рад видеть тебя, — произносит царь, его голос как всегда звучит мягко, но властно. Интересно, а как звучу я для окружающих? Как охреневший парень или молодой, но властный аристократ? Будем верить во второе.
— Ваше Величество, — слегка кланяюсь, не вставая. Я конунг всё-таки, мне можно.
Царь внимательно смотрит на меня.
— Скажи, Данила, не думал ли ты о наследниках? О детях?
Я слегка удивлён таким прямым вопросом.
— Конечно, думал. Это естественно, — отвечаю я. — Продолжение рода — важная цель.
Борис кивает, его лицо остаётся серьёзным.
— Это так. Но есть обстоятельства, о которых ты должен знать. Без этого, по-хорошему, тебе нельзя заводить детей.
— Пестики и тычинки? — приподнимаю бровь. — Спасибо, я уже слышал, Ваше Величество.