— В принципе одобряю. Кровь кошки в тебе уже не ощущается, глаза ты скрыла, умница, на мой профессиональный взгляд магии в тебе ни капли, в любой критической ситуации у тебя всегда буду я. Что планируешь делать?
— Закончить образование, получить диплом и наследство, забрать братьев, — честно призналась я.
— То есть бежать будем недалеко и ненадолго? — правильно понял меня лорд Эллохар.
— Далеко и надолго я не могу, у меня братья, — сообщила ему.
— А еще Норт, Эдвин, Дан и одержимый тобой темный лорд, — покивал демон.
Я кивнула.
— И основная проблема, как я понимаю, это Гаэр-аш? — вопрос прозвучал жестко.
Молча опустила взгляд.
— Женщины, с вами одни проблемы, — усмехнулся лорд Эллохар. — Бери перо, прелесть моя, будем делать мужику больно. Очень-очень больно.
— Я не хочу, чтобы ему было больно, я просто устала бояться, — прошептала, чувствуя себя мерзко.
Лорд Эллохар тяжело вздохнул, и объяснил:
— Любовь — это поле битвы. В битвах многие получают раны. И в боевых условиях лучшее лечение — прижечь рану. Это больно, Риа, но иногда другого выхода просто нет. Так что у тебя есть два варианта, прелесть моя, ты или делаешь ему больно, или остаешься с ним. Выбирай.
Я выбрала.
Эпилог
«Я выбираю Норта».
Три слова. Для кого-то с трех слов начинается целая история, для него… это был жестокий финал.
Боль… боль рвала и терзала диким зверем, вцепившимся в его сердце и превращающим его в клочья. На фоне этой боли меркло все остальное…
— Они получили магическое послание, — докладывал дознаватель.
Он уже знал. Ощутил это, едва вошел в ее убежище, как входил к ней в спальню… ведь было так просто входить к ней сейчас, когда магия не позволяла ей увидеть как открывается вход в опустевшие вены Некроса, впуская того, кто давно пробирался в свой дом словно вор. Пробирался каждую ночь… просто чтобы увидеть. Увидеть как спит, улыбаясь, но чаще хмурясь во сне, увидеть как встает, если на небе сияет полная луна. И стоять, замерев, глядя как она, распахнув створки, выходит на балкон, не отрывая взгляда от яркого светила. А он не отрывал от нее… Это было пыткой.
Самой жестокой из всех возможных. Самой страшной. Самой мучительно. Пыткой… которой он продолжал терзать сам себя.
«Я выбираю Норта»…
Записка, написанная ее ровным почерком истинного артефактора лежала перед ним на столе… хотелось смять, уничтожить каждое из слов, уничтожить саму возможность выбора, уничтожить все, что стояло между ними и обнять… хотя бы раз… хотя бы просто обнять.
— На данный момент нам известно лишь то, что сообщил лорд Дастел Веридан, — продолжил дознаватель.