— Для нашего говорящего, — пояснил Дастел, — если ты не заметила, он стал выглядеть слишком хорошо для умертвия.
И я не успела ничего сказать, как Габриэль произнес:
— Это очень любезно со стороны лорда Харна.
— И предусмотрительно, — вставил Норт, при этом очень ощущалась его настороженность по отношению к Гобби.
— Несомненно, — подтвердил Габриэль.
Не отрываясь от плетения, нервно заметила:
— Не напрягайтесь, еще пара минут и я сбегаю, принесу вам шпаги для дуэли!
Прониклись и умолкли.
— Риа, тебе следует поесть, — сказал спустя некоторое время Норт.
Дернула головой, показывая, что нет времени, и продолжила работать. Мной полностью овладел азарт мастера, подошедшего к финальной стадии работы над проектом всей его жизни, и любая ошибка на этом этапе могла быть фатальной.
Норт понял, и поднявшись ушел, на прощание погладив по щеке.
Едва он вышел, Габриэль устало произнес:
— Не злись, для Норта эта ситуация в принципе плохо приемлема.
— Отличная ситуация! — не согласилась я.
— Для тебя и меня, — слышать голос Габриэля было очень непривычно, — но для нормальных людей это примерно то же, как если бы вдруг заговорил домашний кот. Это, по меньшей мере, нервирует.
— Это отлично, — не согласилась я, увлеченно работая с нитью.
— Это нестандартно, — возразил гоблин.
Покачав головой, раздраженно пробормотала:
— Стандартно-нестандартно, какая разница, если ты будешь жить? Никакой, Габриэль.
Пауза и очень тихо:
— А ты жить будешь?
— По ситуации, — отмахнулась я.
Это сейчас просто не имело никакого значения.
— Это твой новый артефакт? — вдруг жестко спросил Гобби.
— Возможно, — произнесла, соединяя последние частицы нити, — он еще не совсем стабильно работает, плюс сегодня из-за короля пришлось его снимать, а этого делать не следовало. Но к наступлению ночи он блокирует большую часть моей излишней эмоциональности.
И сама не знаю почему, я подняла взгляд на Габриэля. Гоблин стоял, сложив руки на груди и молча смотрел на меня. А я с ужасом поняла — артефакт блокирует, но не все. Он не ограждает меня от необходимости чувствовать поддержку… хотя бы от Гобби.
— Не выходи больше на бои, — вдруг тихо сказал гоблин. — Пойми, играете не вы — играют вами. Ты ввязалась во все это из-за меня, а сейчас я прошу тебя — хватит. Мне не нужна эта жизнь, если ее ценой станет твоя собственная.
Тяжело вздохнув, я вновь вернулась к нити, подтягивая к ней каплю ртути, и ответила:
— Габриэль, я сделаю все, чтобы выжить, но если моя жизнь станет ценой уничтожения вечных — я уплачу по счету без сомнений и сожалений.
И я закрепила ртуть, используя несколько серебряных нитей. Мое умертвие молчало, но затем, он тихо произнес: