— Ну, ты и су… штучка.
Да, я не овца. И у меня по математике железобетонная пятерка. Траекторию и время я рассчитала. Чтобы правильно упасть к тебе в объятья. Потому что ты гад. А мой форвард недотепа. Я не хочу, чтобы он тебе доверял.
Лихарев весь день смотрит на своего капитана недобро. Ревнует. А тот старается ко мне не приближаться. Хотя уверена, что в мыслях давно уже раскатал меня в блин. И скормил его бродячим собакам.
Про девушку я верно угадала. Раз она такая ветреная, и тянется успешным мужикам, то выбирала между капитаном и форвардом, которого почти уже позвали в Канаду. И уж точно позвали в сборную.
Эх, Ваня, Ваня! Пропадешь ты без меня.
Ласкаю взглядом широченные плечи своего героя. Прямо все потерянные функции начинают восстанавливаться. И способность к деторождению тоже. Мне б еще здоровья. Я бы с сына начала.
Нет, с развода. Где там Игоря носит? Точнее, его паспорт. Точно, что ли в Гималаи упулился? Я ему уже месенджер отбила своими эсэмэсками! А он думает, заманиваю. Или не знаю, что он там думает. Но не отвечает, тварь дрожащая.
Проводив хоккейную команду, мы с Иваном провожаем и вечернюю зорьку. Сидим в обнимку в нашей любимой беседке.
— Ты не переживай, — нежно глажу каменное плечо. Ах, ты ж мое изваяние ненаглядное! Таранного типа. — Есть мышечная память. Ты сможешь стоять на льду, я в этом уверена.
— А играть?
— Посмотрим.
Мы какое-то время молчим. Наконец, я решаюсь:
— Похоже, что я не могу тебя вернуть, потому что не знаю, как мне самой жить.
— Тебя не отпускает эта история?
— Ты понимаешь⁈
Я пытаюсь в сумерках разглядеть его лицо. Выражение глаз. Лихарев какой-то необычный. Я бы сказала загадочный.
— Я знаю, что тебе надо сделать, Катька.
— Что?
— Вернись туда. В этот свой средневековый Китай.
— Но каким образом? Я же была абсолютно неподвижна. Туда перенеслась моя душа. Сознание. Мне что, опять в кому впасть? Что-то неохота.
— Зачем? Просто напиши. Точнее, допиши эту историю. Где мы с тобой светлейший князь и императрица.
— Но мы же умерли!
— А мне интересно, станет наш сын императором или нет?
— Ну… я не знаю… Там все сложно.
— Напиши про Сашку. Его историю. И тогда мы закончим нашу.
А ведь он прав! Как я-то об этом не догадалась⁈
Моя дорама должна быть дописана. И тогда она нас с Лихаревым отпустит. Что будет дальше, мне не ведомо. Но я не могу держать его при себе вечно.
Должна быть свобода выбора. Я ведь насильно притянула травмированного хоккеиста в свою историю. Пока он был без сознания. И я его сюда верну!
И на следующий день, сразу после утренних процедур иду в свою палату и открываю старенький ноут. Но мне нужна всего лишь печатная машинка. Текст набить. «Босиком в саду камней 4».