Стукнул партизанский карабин — в кустах, где бежал немец, ахнули, затрещали ветви.
Неужели не промазал⁈
Нерода нырнул в кусты к автоматчику…
— Was ist los? [75] — встревоженно заорали из-за зарослей мелкого осинника.
— Verdammte Sumpf, [76] — ответил Женька, подхватывая с земли свой карабин.
— Was ist es⁈ [77] — крикнули левее осин.
Похоже, немцев было много, и вступать в диалог смысла не имело. Коваленко яростно взмахнул рукой, указывая направление отхода. Мимо Землякова проскочили проводники, Женька завозился, срывая с убитого немца ремень — тут самого снесло, как «КамАЗом» — командир молча увлек прочь. Пролетели полянку, впереди бежал квадратный Нерода — волок на спине тело автоматчика. Сзади что-то орали немцы — фиг расслышишь, одни ветви шуршат. Коваленко оглянулся на прикрывающего отход группы Незнамова:
— Поливать не вздумай!
Немцы начали стрелять позже — опергруппа уже хлюпала по болоту, благополучно уходя за островки…
Привал случился, когда до искомых Жаб оставалось версты две. Непонятно, как Михась углядел крошечный, но вполне приличный островок, где даже шалаш обнаружился. Уже окончательно стемнело, ощупью выгребли из ветхого убежища гнилое тряпье, устроились…
— Фазенда, однако, — сказал Нерода, нарезая смутно белеющее сало. — Мишка, бывал здесь, что ли?
— Михась я, — пробурчал юный следопыт. — А будан старый, черновский. Котел тут вот был — няма.
— Прибрал кто, кому нужнее, — предположил Незнамов. — Обойдемся без горячего. Вечер и так теплый.
— Да вообще тропический, — согласился, вытирая потную шею, Земляков. — Михась, стреляешь ты снайперски.
— Чаго? Я ж не перши стрелял, — насторожился Поборец.
— Товарищу Огру показалось, что ты немца прямо сквозь него заваливать намереваешься, — хмуро пояснил Коваленко. — Перекусим и подведем итоги.
— Так вот они, итоги. — Нерода ломал шоколад, унаследованный от упокоившегося в трясине автоматчика. — В очередной раз убеждаемся, что у нашей страны есть два союзника: армия и партизаны.
— Флот тоже ничего, — сказал Женька. — Особенно когда наши альбатросы на берег слетают и делом занимаются.
— Не сомневаюсь, — старлей усмехнулся. — Выйдем к морю, присоединим мореманов к тосту. А пока крейсера в резерве оставим, а, товарищ майор?
— Болтуны. — Коваленко взял бутерброд. — Итоги дня у нас неважные.
Кроме шоколада, с прыткого автоматчика поимели приличный ствол, четыре магазина, снаряжение и неглаженый, чуть подпорченный пулевой дыркой комплект формы — имелась вероятность, что маскарад может понадобиться в будущем. Лично товарищ Земляков обогатился немецким штык-ножом и внушением от командира за несвоевременную тягу к перевооружению. Вот со стратегическими успехами было похуже: полдня потеряли, пришлось идти вокруг, через Жабы. Опытный Петя Бородич данный хутор и окрестности знал, уверял, что проскочить вполне можно. Далее останется пройти версту по насыпи-дамбе между озерцом и топью, потом лес, там вздохнуть можно будет. Молчаливый Поборец местность тоже знал, но предложил идти через Горожу и Зеленицкий лес. Там можно будет в бригадный лагерь зайти, обстановку узнать. План у мальчишки был оригинальный, но закладывать этакий круг, дважды переходя проселок и большак, было незачем. Да и обстановку оперативники знали несколько точнее оставшихся в Зеленицком лагере партизан.