В мире информации вообще не было такого понятия, как выше или ниже. Всё было слишком образным. Моё сознание всё ещё во многих моментах отдавало человеческим мышлением, из-за чего, чтобы подняться на верхние слои мира снов, мне буквально приходилось тянуться ввысь. Духам снов это было не нужно, но, чтобы быть с собой честным, мои коллеги и безвизом особо не пользуются, ошиваясь где-то в своих измерениях.
Это я такой любопытный, не сидится мне на одном месте, Морфей меня подери!
Вопль был уже совсем близко.
Сны стали более осязаемые. Это была больше не каша из случайной информации, а вполне конкретные двери в чужие измерения. Обычно войти в них было не так просто: всё же, сознания разумных — не проходной двор какой-то.
Ну, так я думал.
К моему удивлению, первые же двери чужого сна вылетели с полпинка, словно сознание бедолаги в принципе ничего не защищало и его тело провалилось в мир снов.
— Что происходит⁈
Визгливый крик ботаника в круглых очках, стоящего с колбами в руках, заставил мою песочную морду поморщиться. Видимо, какой-то исследователь.
Его совсем не смущало, что он находился в вонючей канализации, варя таинственное снадобье под присмотром гигантского червя, обмотавшего всё его тело.
В принципе, самый классический сон.
— Я бы на твоём месте побыстрее проснулся, дружище, — прошелестел я, оглядываясь. — Посчитай пальцы, у тебя их шесть. Побыстрее.
Я вновь провалился вглубь, услышав звон приближающихся колоколов, сопровождаемый запахом гнилой рыбы. Где-то уже позади меня раздался душераздирающий вопль, сопровождаемый не менее громким, сводящим с ума потусторонним воем.
Самое главное — недовольным.
Путь в сон бедолаги исчез, знаменуя не самое приятное пробуждение.
Надеюсь, медитации на солнышке помогут ему восстановить психику.
Следующая дверь была мной выбита не менее легко, удивляя всё больше: так не должно было быть. В песочной голове стали возникать странные предположения, но у меня не было времени их обмозговать. Глупый я, в тонких материях всё ещё плаваю, что уж поделать?
— Удобно, профессор?
На меня поднял задумчивый взгляд пожилой мужчина, читавший какую-то книгу. Ухоженный, в стильных подтяжках. Всё же, это было уже не совсем средневековье. Что-то вроде викторианской эпохи, если я ничего не путаю?
— Прошу прощения? — нахмурился старик.
К моему превеликому сожалению, долго интеллигентный вид он сохранять не смог. В песочные уши ударили многочисленные ругательства, книга едва не выпала из рук.
Да, можно понять: чтением он занимался на застывшей на фоне полной луны лестнице прямо в небе.