Тем временем в столовой Нового дворца в Потсдаме.
— Мама, кто это был? — Поинтересовалась принцесса Виктория Луиза.
— Правнук Николая I — Меншиков Максим, — ответила Кайзерин.
— Мне докладывали, что его ловят в лесах под Франкфуртом-на-Одере, — задумчиво заметил Вильгельм II.
— Плохо ловят, — усмехнулась Цецилия. А потом добавила. — Телефоны молчат. Он предусмотрительный.
— Нужно ехать в Берлин, — произнес, вскочив Кайзер Вильгельм II.
— А куда поехал наш гусар? — Вкрадчиво поинтересовалась Цецилия.
— Куда? — Переспросила Кайзерин.
— В Берлин, — с мягкой улыбкой, произнесла та. — Куда же ему еще ехать? Не во Франкфурт-на-Одере же?
— Почему ты так решила?
— Он слишком громко отдавал приказы своим солдатам[4], — ответила она и усмехнулась, только что осознав, что он специально так делал.
Кайзер Вильгельм II задумался. Встречаться с этим головорезом он не хотел ни в коем случае. А потом, вздрогнул, повернулся к супруге и спросил:
— О чем вы с ним так долго беседовали?
Августа Виктория жестом руки выпроводила слуг за дверь. Задумчиво посмотрела на девочек и, после нескольких секунд, утвердительно кивнула, вроде как что-то решая.
— Так что вы обсуждали? — Вновь спросил Кайзер.
— Он прекрасно знал, что ты в моей комнате. Более того — он специально разыграл тот цирк у двери, чтобы ты смог убежать или спрятаться. В плен тебя брать он не желает. Цель его визита была другой. Максим приехал предупредить о том, что англичане задумали великую пакость.
— Против Германии? Ему-то какое дело? — Фыркнул Кайзер.
— Против всех старых Империй, — произнесла Виктория Августа и как можно более полно пересказала их диалог…
[1] Речь идет о Георге V (1865–1936) — короле Великобритании и Ирландии в 1910–1936 годах.
[2] Тут Максим пошутил, назвав Карла I Стюарта Безголовым. Ему отрубили голову, что стало апогеем Английской революции. Причиной же ее стала откровенно бестолковая внутренняя политика, проводимая Карлом бездумно. Так что шутка хоть и грубая, но многослойная, намекающая на то, что Карл «потерял голову» задолго до плахи.
[3] Речь идет о Виктории Луизе Прусской, дочери Вильгельма II, и Цецилии Мекленбург-Шверинской, внучке Николая I и супруге кронпринца Вильгельма. Они обе были ему дальними родственницами 3–4 колена и практически ровесницы.
[4] Цецилия Мекленбург-Шверинская часто гостила у своих родственников под Санкт-Петербургом и неплохо владела русским языком.
Глава 2
1915 год, 28 июня. Берлин
Несмотря на раннее утро, город уже не спал. В эти пять утра рабочие устало и изнуренно брели на работу. Поэтому эффект от въезда русской автоколонны с песнями и флагами произвел фурор на горожан.