Воспоминания неожиданно захватили меня. Всплыло лицо мамы, её тонкие руки, аккуратно развешивающие игрушки по веткам. Её нежный голос, рассказывающий мне о чудесах зимнепраздника и магии, что обязательно приходит в дом вместе с сиянием ёлочных огней. А еще она говорила о том, что настоящий праздник – это звон крашенных ракушек. Бабушка украшала дом ракушками.
Может быть, это какая-то традиция Золотых Дев? Память об островах?
Я задумалась настолько, что пальцы предательски дрогнули. Серебряный шарик выскользнул из рук и едва не разбился о каменный пол.
– Осторожно! – ахнула Пэм, вовремя поймав украшение. – Ничего тебе поручить нельзя! Не видишь, у этих шаров крепления слабые, век назад сделаны, надо быть аккуратнее!
Я кивнула, смущённо пряча глаза, но мысли мои были уже далеко от ёлочных украшений. Мне бы разобраться во всем, а тут Александр и его страстные порывы.
И почему так тревожно сжимается сердце при мысли о разочаровании в глазах Филиппа, если он узнает правду обо мне?
Вечер медленно клонился к ночи. Сквозь окна пробивался мягкий свет заходящего солнца, окрашивая снежные вершины в розово-золотистый оттенок. Поместье постепенно наполнялось запахами грядущего ужина, щёлканьем посуды, скрипом половиц. Оспалы потихоньку уходили в свои пещеры, готовясь ко сну. Пэм, усталая, но довольная, сняла передник, потёрла поясницу и пробормотала:
– Всё, Снежанна или как тебя, падучая, я пошла отдыхать. Ты тоже, перекуси, кастрюли помой и спать.
Я кивнула, как примерная ученица, но стоило ей скрыться за поворотом, как я тут же пошла в комнату. День был утомительный – физически и эмоционально. На кастрюли меня точно не хватит.
Нужно переодеться, сходить к Александру, отказать ему, а потом уже все остальное.
Я закрыла за собой дверь, сняла шубу и с удовольствием нарядилась в свое красивое золотое платье.
Волосы наскоро расчесала, уложила так, как делали знатные девушки при дворе —перехватила поясом от платья, завязав бант. Получилось красиво.
До заката оставалось всего пара минут, можно было взять на кухне свеклу и подкрасить губы, но мои планы разбил торопливый стук в дверь.
– Падучая! – послышался голос Пэм, – Чего разлеглась там?! Быстро! Одевайся и бегом на кухню! Родители прилетели! Срочно поднимай свой зад!
Что? Как?! К этому я вовсе не была готова. А как же мое свидание?!
Я рывком накинула шубу, торопливо застёгивая пуговицы, и, не глядя в зеркало, натянула на голову капюшон. Осторожно приоткрыв дверь, я посмотрела на Пэм.
Экономка явно выдернули из постели. Судя по кружевам, торчащим из-под воротника, она нацепила рабочее платье прямо поверх ночнушки.