Я очень любил своих родителей, несмотря на то, что отец всегда заставлял меня работать руками. Я очень обижался на это: «Робота со снаряжением вызвать ему лень?», или когда мама меня заставляла готовить. Я всё время с ней ругался и спрашивал, зачем нам дома пищевой синтезатор, в итоге получал по шее и снова шёл готовить. Я, как самый старший, каждый день готовил еду. Поваром, конечно, не назовусь, но готовил вполне вкусно, и пару семейных рецептов довел до ума так, что звать за стол никого не надо было. Потом в приказном порядке ежедневно читал порядка 200 КБ текста. В основном это были отцовские мануалы по ремонту дроидов или сервоприводов. Другой литературы он не держал.
(Примечание: КБ — Единица меры текста, т. к. страницы стали архаизмом. Бумага очень дорогая, а пластиковые страницы не уменьшали объём книг. В музеях были книги, но это стало привилегией любителей старины)
Сейчас, глядя на молодёжь, что воевали рядом со мной, я понимаю, зачем это было нужно — слишком полагаются на технику. Случись что с техникой, и работа встанет. После рукопашной атаки лоосков в пехоте выживали единицы: выйди из строя тактический шлем, или замкни панель плазменного ружья и всё — пехотинец становится бесполезным куском мяса.
Конечно, у военных трёхкратный запас прочности всего снаряжения, но это не влияло на ситуацию кардинальным образом.
Был случай, когда я, в который раз угробив своего меха (прим. Автора — мех — сокращение от робот-механоид — специализированное тяжёлое вооружение для наземных операций), пытался пробиться к нашим. Шансы были неплохи: на мне был десантный бронекостюм, боевой кинетический комплекс да плазменное ружьё. Комплекс, по закону подлости, взрывом покорежило, а плазменное ружьё я сломал, когда с размаху ударил им по морде лооска. Ну… он выскочил неожиданно, вот я, с перепугу, прикладом и приложил. Лооски — вообще любители рукопашных атак. Я приложил его раз двадцать, пока желчь из раны на голове ни пошла. Так нас учили: «Бей по голове, пока ни потечёт жёлтая хрень. Всё остальное ящеры регенерируют». Оружия у меня тогда и не осталось. Я взял кусок арматуры около 120 см длиной и шириной в два моих пальца, плазменным ножом заострил конец, с другой стороны приварил кусок болта. И арматуру, и болт взял с бота-разведчика, которого сбили лазером лооски. Вот с этой арматурой я и дошёл до наших. Острым концом пробивал грудь, если везло, а набалдашником пробивал голову. Не всегда везло, конечно, но дошёл. С ранениями, но дошёл.
Лооски вообще любят ритуальные атаки: частенько, после бомбардировок с орбиты, нас высаживали на зачистку, тут-то они и вылазили.