Де Ламар тут же навостри уши. Вероятно, подумал о папаше Макса.
— Договорились, — кивнул он. — Твоя тетка пообещала нам с Вивьен пять сотен крон. Половину дала сразу и половину, сказала, отдаст после твоей смерти. О причинах не спрашивай — они мне не известны.
— Мой дед в курсе?
— Насколько мне известно — нет, — покачал головой де Ламар. — Теперь твоя очередь.
Я кивнул своим мыслям, а потом зачерпнул большой сгусток энергии из источника.
— Знаешь, — ледяным голосом начал я, при этом мягко ступая по снегу по направлению к моему противнику. — По идее, вы могли бы уже спокойно потребовать вторую часть денег. Дело в том, что в той дуэли ты все-таки убил этого болвана Макса Ренара. Но так вышло, что по воле одной очень азартной могущественной сущности в это тело переместилась душа очень опасного и злопамятного существа из другого мира, победить которое у тебя нет ни единого шанса…
Пока я говорил, лицо де Ламара постепенно вытягивалось от удивления. Нужно отдать ему должное, он быстро взял себя в руки и даже попытался сделать выпад в мою сторону, но я был намного быстрее.
Резкий рывок, и острие моего клинка пробило гортань де Ламара. Сделав два коротких шага, я оказался за спиной моего противника и замер. Винсент по инерции тоже сделал несколько шагов вперед. Затем остановился и, выронив меч, схватился обеими ладонями за пробитое горло, из которого хлынула кровь. Спустя мгновение он медленно опустился на колени и рухнул лицом в снег.
Над трибунами повисла гробовая тишина, которую через секунду разорвал душераздирающий женский крик. Я повернул голову и увидел рухнувшую без чувств на чьи-то руки Вивьен Леруа.
Не дожидаясь объявления моей победы, под неоднозначный гул толпы я молча покинул ристалище. Лишь проходя мимо слуги де Ламара, который не единожды приносил мне записки от своего хозяина и который до сих пор находился в ступоре, я коротко бросил:
— Не забудь о моей добыче. Адрес ты знаешь…
— Кажется, у вас снова гости, — в своей ехидной манере сообщил мне Жак, когда мы подъезжали к доходному дому мадам Ришар.
— Ну, этого следовало ожидать, — улыбнулся я.
У меня сейчас было хорошее настроение, которое ничто не могло омрачить. Даже визит неугомонных виконтесс де Грамон, карета которых стояла у крыльца доходного дома.
Полчаса назад я вышел из банка, принадлежащего семье Краон, филиалы которого разбросаны по всей Вестонии. Там я открыл счет и внес на него семь тысяч триста серебряных крон — большую часть моего выигрыша. Еще две сотни я оставил при себе — на будущие расходы.