— Ага. Вы ещё объективный контроль запросите у «матрасников», — добавил остроты нашему разговору Николай.
Ну никак не может он промолчать!
— Морозов, вы продолжаете открывать рот, когда не надо. Не имейте больше такой привычки.
— Он хотел сказать, что найти в водах залива обломки беспилотников будет трудно. От себя добавлю, что ничего бы наше вмешательство не изменило. Только бы ещё больше усилили конфронтацию с американцами, — тихо сказал я, но Андрей Викторович был при своём мнении.
Отвечать он не стал. Развернулся и пошёл к машине.
— Кстати, Родин. Насчёт Ветрова вопрос решился. И без моего участия, — крикнул он, садясь на заднее сиденье УАЗа.
Всё же, от любви до ненависти между нами и Бурченко — один шаг. Теперь думай, что же там с Пашей решили. И главное, когда успел он узнать? Хотя, это могло решиться заранее.
— А что там с твоим любимцем Ветровым? — спросил Белевский.
— Происхождение его не нравится особистам. Думают, что Павел хотел угнать самолёт.
Реакция моих товарищей была однозначной. Пару минут они только улыбались и смеялись, строя фантастические теории для обвинений Ветрова.
— А чё не авианосец угнать? Сразу со всеми самолётами, — сказал Морозов, снимая с себя подвесную систему.
— Смотри не скажи это при Бурченко. А то и тебя под подозрение возьмут, — посмеялся Белевский.
На фоне всех разборок как-то и пить перехотелось. Глаза начинали уже слипаться, а вот куда нам теперь, неизвестно.
— Серый, а мы спать сегодня будем? — спросил у меня Морозов.
— Да. Вон один ящик, вон другой, — ответил я.
— Мы уже разок поспали на ящиках. До сих пор ощущаю позвоночником «мягкость» этой деревянной шконки, — проворчал Саня Белевский, прогибаясь в спине.
На наше счастье, генерал Ждунов распорядился доставить нас в одну из гостиниц, где уже проживали советские специалисты. Снаряжение сразу погрузили в вертолёты, которые стояли под крышей ангара.
Автомобиль нам выдели старенький — микроавтобус РАФ, который уступал по комфортности даже машине скорой помощи. Кресла в салоне были недостаточно закреплены, а обшивка сидений полопалась. Но мы народ не гордый.
Водитель доставил нас в место назначения быстро. Не помню, сколько было времени, когда я после принятого душа, «упал» на кровать и уснул.
Наутро за нами снова приехал тот же РАФ. Проезжая по окраинам столицы, никаких разрушений, мы не обнаружили. Водитель рассказал, что основной удар пришёлся по системе ПВО. Кое-что американцам удалось вывести из строя, но критичными эти потери не выглядят.
— А что с ливийскими лётчиками? — спросил я.