— Давно сидите, я смотрю, — присел я рядом с Витей, отказываясь от предложенной сигареты.
— Как прилетели, так и сидим. Перевариваем, — отрешённо ответил Саня.
Парни были в прострации. Взгляд направлен перед собой в одну точку, движения заторможенные. Витя и вовсе сделал несколько затяжек, а потом затушил сигарету. И тут же прикурил новую.
— На флоте что-то говорят про такие события? — спросил Саня у Тутонина.
— Пошёл в моряки — привыкай к качке. Так и у нас, — ответил Витя.
— Не думал, что в чём-то подобном поучаствую, — сказал Белевский.
— Чего вы такие? Это ж наша работа. Хорошо же полетали. Адреналин получили! — хлопнул в ладоши Морозов, но ребята посмотрели на него с укором.
Оглянувшись на стоянку, я недосчитался четырёх самолётов. Остальные были изрядно потрёпаны. Рядом с ними ангар, в который прилетела бомба. Повреждение строения на лицо — крыша обрушилась, ворота разлетелись в стороны. Я слез с ящика и подошёл к Николаю ближе, чтобы объяснить, насколько он неправильно себя ведёт.
— Не все вернулись, Коль. Будь более серьёзным. Имей уважение к погибшим.
Морозов замолчал. К нам подъехала машина, принадлежавшая старшему группы советских специалистов в Ливии. Сначала вышел генерал-лейтенант Ждунов Владимир Васильевич, а затем и руководитель нашей группы «Куб» Андрей Викторович Бурченко.
Они быстро надели на головы каски и начали застёгивать бронежилеты. Застёжки были выполнены в виде липучек. Прям «заграничный» вид у этой «брони».
— Где-то достали Ж-81, — сказал Тутонин, спрыгивая с ящика вслед за мной.
Куратор из КГБ был невозмутим. Трудно понять, доволен он или же считает дело сделанным.
— Товарищи, как состояние? — задал вопрос Ждунов, подойдя к нам ближе.
Пусть я и гражданский, да и не сошлись мы в одном вопросе с ним, но уважение к его званию и должности нужно иметь.
— Всё хорошо. Задание выполнено. Проводим предварительный разбор, так сказать, — ответил я, поправив воротник на комбинезоне.
Владимир Васильевич повернулся к Бурченко, но тот не спешил подходить к нам.
— Что говорят ваши ливийские коллеги? — спросил генерал у Андрея Викторовича.
— Подсчитывают ущерб и потери. Однако, можно сказать, что атака на Джамахирию результатов явно не достигла. Столица выстояла, — медленно ответил Бурченко и подошёл к нам.
Пристальный взгляд Андрея Викторовича говорил о том, что он планировал наше полное вовлечение в процесс отражения нападения на Ливию.
— Хорошая работа, товарищи, — натянуто улыбнулся Бурченко, пожал каждому руку и вновь отвернулся.
— Заметьте, и даже оружие не пришлось применять, — похвастался Морозов.