И тут началось! За ограждением собралось огромное количество репортёров. Щелчки от фотокамер, просьбы ответить на вопросы и тянущиеся вперёд руки с диктофонами. Напротив них стоял Борис Николаевич и продолжал представлять МиГ-29.
Стоявший в стороне генеральный конструктор КБ Сухого Самсонов, старался искренне улыбаться, но у него это выходило не очень хорошо.
— А вот и наши лётчики! Сейчас я вам представлю человека, первым поднявшего этот модернизированный образец МиГ-29 в воздух. Герой Советского Союза, лётчик-испытатель Сергей Родин.
Не собирался я идти к репортёрам, поскольку мне нужно было залезать в кабину.
Я помотал головой и отвернулся. Цирк устроили, если честно. Хорошо, что хоть самолёты додумались метров на 200 отделить от пешеходной зоны выставки.
В небе уже проносился над полосой британский «Торнадо», эффектно выполняя «бочку» и пуская при этом серый дым.
Зрителей на лётном поле сегодня немного, но атмосфера всё равно праздничная. Музыка, запахи вкусной еды. Всё это приправлено выхлопными газами и керосином.
«Торнадо» выступление закончил и на полосу начал выруливать «Хорнет». Молодцы организаторы! Поставили двух конкурентов рядом.
Смотреть на американский истребитель, который уже видел неоднократно, не стал. Время поджимало. Быстро прокрутил в голове программу. Надел шлем, закрепил его и пошёл к самолёту.
— Сергей, стой! — услышал я сзади громкий голос Морозова.
Он тоже был экипирован в лётное обмундирование. Вот только он должен меня подстраховывать в другом самолёте и запускаться вместе со мной. С чего это вдруг он здесь?
— Ты чего не в самолёте?
— Паклин сказал, что лечу я. Чубов дал команду, чтобы ты комментировал все манёвры. Мол, тебя подали для презентации, а теперь журналисты негодуют. Мол, где лётчик Родин?
— Лётчик Родин летает. Иди и запускайся…
— Серый, это уже чересчур. Мы и так по краю ходим. Сожрёт нас Чубов!
— Подавится. Беги давай, — сказал я, но тут объявился запыхавшийся Паклин с двумя подручными.
— Вы не слышали команды? — спросил Борис Николаевич, поправляя галстук.
— Тут шумно. А что за команда? — уточнил я.
— Вы идёте со мной. Вас заменит Морозов. Это решение главы делегации. И Белкин не против.
За спиной Паклина появился Анатолий Ростиславович. Он разводил руками и показывал мне в сторону журналистов.
— Вы оставляете наш вылет без резервного лётчика. Понимаете, что это значит? — спросил я.
— Лучше вас. С организаторами всё улажено. Тут предусмотрена система замены между выступлениями. Сегодня Миг-29 обязательно полетит, — похлопал меня по плечу Борис Николаевич.