— Ругались, матерились. А из матных слов у них только «фак» да «шит». Совсем людей ограничили. То ли дело у нас, как начал мой бортрадист- Федя, рассказывать им.
Теперь понятно, откуда у Вити такой запас знаний флотских мудростей.
— Сначала он сравнил элиту авиации ВМС США с беременными мандавошками. Потом предложил им лететь далеко и в не самое приятное место. Ну а верхом была угроза всех схватить за «пицунду» и на кукан.
Что именно означали последние слова, трудно сказать. Однако развязка истории была уже близко.
— Снижаюсь. Авианосец по курсу. Створки объективов аппаратуры открыты. И тут эти супостаты как нырнули под меня и собой закрыли все объективы. Я ещё ниже снижаюсь, а они как те… мандавошки, только что не беременные. Короче, думал, завалим сейчас задачу. И нас самих за «пицунду».
Витя аж вспотел от напряжения, пока рассказывал. Будто заново переживал мгновения полёта на Ту-95.
— Поднимаюсь повыше. Американцы опять рядом. Я смотрю на него и показываю, мол, орден нужен! По груди бью себя и говорю в эфир — орден нужен, брат! Тот поближе подошёл, я ему ещё громче — орден!
Так себе способ раздобрить американцев. Но вежливость города берёт, как перефразировали в моём прошлом, слова полководца Суворова.
— Тот закивал. Достал фотоаппарат, сфоткал нас и больше мешать нам не стал. Мы работу сделали. Получили нагоняй, что чуть не стали виновниками столкновения со взлетающими самолётами американцев, и я благополучно уехал в школу испытателей.
— Сильно понравились фотографии твои кому-то из командования? — спросил Олег.
— Ага. Особенно в какой-то газете, которую мне потом показывал особист в Анголе. Мы же оттуда работали.
Рассказ напомнил мне сегодняшний случай. Что же двигало моим оппонентом в красном шлеме, когда он предлагал помощь? Или это был хитрый ход заманить на базу и захватить советский самолёт?
Вряд ли когда-нибудь удастся спросить.
Следующие несколько дней самолёты нашей группы не летали. Можно было заняться работой на технике и попробовать восстановить повреждённый МиГ.
Как раз сегодня мне необходимо было проверить ход работ. Были запланированы два вылета с молодыми лётчиками. В обоих полётах нужно поработать ближний бой пара на пару на малой и средних высотах.
Уже экипировавшись для вылета, я пришёл в ангар, где инженеры и техники колдовали над «гадким утёнком». Запах жидкостей и керосина в корабельном ангаре всегда устойчивый, а рядом с бортом 311 самый стойкий.
Но и на других местах стоянки кипела работа. Техсостав БЧ-6 продолжал обслуживание своих машин. Большая часть в данный момент была на полётной палубе, так что места было предостаточно. Вот и растащили самолёты по всему огромному помещению корабельного ангара. Чтоб можно было и крыло разложить, и более масштабные работы провести.