— Внимание! Корабль к полётам приготовить! — послышался в динамиках голос командира.
Руководитель полётами ещё раз доложил порядок управления, а старший инженер особенности эксплуатации техники.
Поход длился уже почти полтора месяца, так что неисправностей было достаточно.
— У Як-44 сегодня день работ на авиационной технике, — объяснил мне инженер.
— Агрегатов заправки два. Один подвесили на полковой Су-27К. Можем сразу две дозаправки отработать, — предложил мне ведущий инженер по Су-27.
— Целесообразность? Мы никуда не торопимся, — ответил я.
Нас ведь никто с корабля не гонит. Да и без мониторинга пространства от Як-44 придётся почаще оглядываться.
— Согласен. Только вот погода может к ночи испортиться. Да и в залив могут потом не пустить. Пока нам пространство дали за параллелью 32°30′, надо использовать.
Это хорошо, что с ПВО Ливии договорились об использовании залива. А нужно ли нам туда? Опять что-то Бурченко придумал и нам не сказал.
— Не вовремя наш «дозорный» в отказе, — проворчал Витя.
— Ничего! У нас локатор работает, погода хорошая. Тем более, ливийцы разрешили использовать пространство залива Сидра, — сказал Олег, записывая в планшет данные ветра по высотам.
— Витя, ну уж как-нибудь дозаправимся! — похлопал его по плечу Белевский.
— На флоте говорят: «Ничего» и «как-нибудь»… — ответил ему Тутонин, но Саня прервал его.
— Хорош, дружище. Давай сегодня без умных мыслей.
Витя, как всегда! Хоть записывай за ним, но фразу он так и недоговорил.
В классе появился Бурченко. Он пожелал всем удачных полётов и пошёл вместе с нами в сторону палубы.
— Одна из заключительных лётных смен? — спросил Бурченко.
— Да. Ваша идея работать в районе залива?
— Лишний раз посмотрите, как там дела у ливийцев.
— Сразу всем составом и без прикрытия? Ещё и Як-44 сегодня не летает.
— Нет оснований для паники, Сергей.
Конечно, нет! Только под боком две авианосных группы.
— Не решили, как будем добираться до Севастополя? — спросил я.
— Всё что секретное — кораблём. Личный состав — самолётом из Триполи. Для этого Ил-76 организуем в Союз.
— Хорошо, — сказал я и достал из нагрудного кармана сложенный листок бумаги.
Бурченко развернул его и принялся читать написанное. Это был список группы «Куб» с указанием наград в качестве поощрения.
— Угу. Тут много всего. Лётчиков вы решили не обижать. Всем Героев Советского Союза. Инженеры у вас все с орденами. Техники по большей части. Никого не забыли?
— Нет.
— Врать не умеете. Себя и Морозова почему не записали? Хотя, можете не отвечать. Звезду Героя в этот раз вы заслужили однозначно, — сказал Бурченко.