— Серёжа, он не отстаёт от нас, разве не видишь? Опять этот Егор Алексеевич козни строит. Его, кстати, повысили в должности. Девчата напели на работе, — сказала Вера. — Так, противно было слушать, как они его восхваляют!
— Ничего. Главное, что он уже к вам не приезжает, верно?
— А зачем? Он женился. Тесть у него очень важный, — сказала Вера, и я ждал, когда она назовёт мне имя той, с кем породнился товарищ Чубов.
Здесь удивления у меня не было, поскольку женился он на дочери товарища Русова. Почти что династический брак.
Следующий месяц проходил ещё под впечатлением распределения. Разговоры были только о будущей работе. Все слушатели перешли на полёты только на той технике, которую им предстоит эксплуатировать на будущих должностях. Исключение составлял только Боря Чумаков.
Он получил распределение в ЛИИ и летал на том, что останется.
К великому сожалению, состоялась реинкарнация Коли Морозова. Будущая работа в КБ Сухого вскружила ему голову. Теперь он при любом удобном случае высказывал недовольство любой техникой, кроме продукции фирмы Сухого.
На одной из подготовок к полётам ему в голову буквально моча в голову ударила.
— Вот что такого в МиГ-29? Самолёт ближнего привода! Двигатель проблемный. Авионика? Я полетал на Су-27 и могу сравнить…
Так, его монолог продолжался очень долго. Швабрин пытался с ним спорить, что два истребителя Су-27 и МиГ-29 несколько разные классы.
Морозова можно понять. Он теперь человек фирмы и должен работать в её интересах. А мы с Иваном — в интересах КБ МиГ.
В такой конкурентной борьбе и должна развиваться наша авиация.
Ваня Швабрин увлёкся чтением «Правды». На первой странице огромный разворот и заявление Андропова по итогам встречи с главами государств Организации Варшавского договора. Пока с ними мы союзники.
— Серый, а ты что думаешь по поводу сравнения МиГ-29 и Су-27? — спросил у меня Морозов.
— Пока не слетаю на Су-27, не смогу объективно сравнить два самолёта.
— Вот! А я в отличие от тебя слетал, — гордо заявил Коля.
— И за это Николай ты получишь расстегай, — в стихах ответил ему Боря Чумаков.
— Чего смеёшься, Борян? Обиделся, что тебя никакая фирма не взяла? — попытался уколоть его Морозов.
— Я хотел в ЛИИ, туда и попал. Мне здесь интереснее.
Колю не удовлетворил такой ответ, и он начал расспрашивать Борю дальше. Через пару минут ситуация уже напоминала допрос.
— Ты чего пристал, Коля? Летаешь на Су-27 и молодец, — сказал я. — Чего ты добиваешься этим своим сравнением?
— Я просто хочу, чтобы вы поняли, какой это хороший самолёт. Сколько у него перспектив! А вы упёрлись в МиГи и всё! Что это за конкуренция, когда полстраны летает на самолётах одной фирмы? — возмутился Морозов.