Спустившись по песчаному склону, я слегка застыл от увиденного перед собой. Прекрасный вид на океан, согреваемый ярким солнцем. На рейде можно увидеть несколько больших судов, которые ждут своей очереди захода в порт Мосамедиша.
Сам пляж окружён скалами и редколесьем, где легко можно спрятаться в тени. А мелкий и мягкий песок не позволяет стоять на нём босиком.
— Так, сейчас я искупаюсь! — закричал Костя, быстро раздеваясь.
— Не торопись, — сказал я, снимая одежду и аккуратно её складывая.
— Да ладно, Серый! — похлопал меня по плечу Штыков, который уже был в одних семейных трусах и быстрым шагом шёл к воде.
— Николаич, осторожно! — произнёс я.
— Да успокойся! — крикнул Штыков, разбежался и нырнул в океан.
Эх, не успел я ему сказать, что в это время года в Анголе вода холодноватая. Сейчас же зима в Южном полушарии.
— Блин, а чё такая ледяная⁈ — заорал Штыков, выбегая на горячий песок.
И тут все немного призадумались, стоит ли вообще идти купаться. Барсов и Костян с укором посмотрели на меня.
— Ты знал? — хором спросили эти двое.
— Да, но вы же не спрашивали, — улыбнулся я и сам вбежал в прохладную воду.
Не такая уж и холодная, как я думал! А для ребят, выпивших достаточное количество рома, совсем тёплая должна быть. На солнце греться было одно удовольствие. Давно я так не отдыхал душой и телом!
Ещё бы Марк, наконец-то, решил задачку, было бы совсем хорошо. Дело принципа, чтобы он сам догадался.
— Серый, ну а если предположить, что кошка подкоп сделала?
— Дружище, на экваторе она копать будет? Кошка? — удивился я и перевернулся на своём покрывале на живот.
Только сейчас я почувствовал, как устал за этот длинный день. Получается, с утра мы дали прикурить ЮАРовцам, сбив несколько их истребителей. В обед не дали совершить самосуд ангольцам над пилотами противника. Тогда же отобедали и приняли решение полететь к океану искупаться. Теперь вот я, закрыв глаза, лежу под жарким солнцем Анголы на берегу океана.
Сон меня одолел быстро. Я вижу Веру. Она в летнем платье, её зелёные глаза смотрят устало, а светлые волосы развиваются во все стороны. А что вокруг? Ничего. Пустота.
Она что-то говорит, а я не слышу. Вера открывает рот, но ни единого звука. Только гул. Нарастающий гул где-то позади меня, но голову не повернуть. Звук всё громче, и я вроде слышал его когда-то, но не могу понять, что это. Шум продолжается…
А сон заканчивается. Я открываю глаза и смотрю на свои часы. До расчётного времени вылета остаётся всего 30 минут, а вокруг меня лежбище «авиационных» котиков. Расталкивать всех долго не пришлось. Не сильно всех взял алкоголь, так что собрались мы очень быстро.