– Так ты всё сделаешь, что я попрошу?
– Ладно, валяй, – ответил, догадываясь, что ничем хорошим мне это не обернётся.
Катюха вытащила из подставки для канцелярии ножницы и щёлкнула ими.
Я напрягся.
– Это что ещё значит?
– Мы хотим поиграть в парикмахерскую, – объявила дочь. – И ты – наш первый посетитель.
– Э-э, девчонки, давайте это без меня, – пошёл я было на попятную, но идти в прямом смысле было некуда.
Катя толкнула меня в грудь, и мне пришлось сесть на стол.
– Будем играть не в парикмахерскую, а в брадобрейную, – сказала Катька, чувственно понизив голос.
От её интонации у меня мигом натянулась ширинка, и я едва не выматерился.
– Если завтра мне придётся выйти за тебя замуж, я хочу получить приличного бандюгана, а не разбойника с большой дороги.
Она подошла ко мне вплотную, схватила за бороду и, не успел я остановить её, отхватила знатный кусок.
– Смотри! – показала Олеське.
– Ура! – завопила та и принялась радостно прыгать. – Папа больше не разбойник с большой дороги! Папа приличный бандюган!
В глазах Кати плясали смешинки. Я тихо выругался сквозь зубы и хотел отобрать ножницы, но Катька спрятала их за спину.
– Это ещё не всё.
– Не всё?
Она мотнула головой.
– Мы будем долго играть, – снова томный шёпот. – Долго-долго. Вначале все вместе в парикмахерскую, а потом… – дотронулась до моего паха. – Потом, если ты будешь хорошо себя вести, мы поиграем вдвоём. Только ты и я.
Катя
– Спасибо, – поблагодарила я передавшего мне ключ охранника. Того самого, что в первую мою поездку на тренировку с Осей, нёс её сумку. На деле он оказался куда умнее, чем можно было подумать.
– Могу ещё чем-нибудь помочь?
– Нет, спасибо. Дальше я справлюсь сама.
Когда он ушёл, я отправила Глебу сообщение, что жду его. Открыла машину и проверила, всё ли в порядке. Пригнала бы её сама, но тогда бы не получилось сюрприза.
Телефон зазвонил.
– И где ты меня ждёшь? – спросил Глеб резко. – В спальне тебя нет.
– А я, по-твоему, могу ждать тебя только в спальне?
Глеб прорычал нечто невразумительное и не очень цензурное, и отключился. Пока он искал меня, я присела на капот. Свадебное платье висело в шкафу, для росписи всё было готово. Неужели я решилась на это?! Неужели я решилась стать женой Демидова?! Похоже на то… Сама мысль об этом вызывала волнение. Узнав, что я выхожу замуж, мама принялась осыпать меня советами, а старшая сестра решила, что я беременна. Когда же обе увидели Глеба, побледнели, а потом начали выспрашивать, уверена ли я и по собственному ли желанию собираюсь стать его женой. Молчал только Матвей.
Уверена ли я?