Я только сейчас понял, что сходство поразительное. Они оба пошли в мать, очень миловидную женщину с открытой улыбкой и милыми ямочками на щеках. Такие же были и у дочери.
В изысканном платье, одновременно модном и скромном, с неприлично дорогим, но изящным ожерельем на тонкой шее, на меня смотрела красивая девушка. Она держала руки, скрещенные на груди. И на пальце было то самое кольцо, что я зачаровывал для природницы.
Собственно, передо мной она и была. Скромная Екатерина Павлова, адепт какой-то там ступени, служащая в Ботаническом саду. Любительница вампиров и ярая защитница растений. К тому же прислуживающая и в моём саду…
Княжна Шишкина-Вронская. Вот чёрт!
— Когда-нибудь ты вернешься, милая, — прозвучал за спиной тихий голос, полный надежды. — Когда-нибудь обязательно вернешься. И простишь меня.
Ох, и встрял же Тимофей…
Князь Шишкин-Вронской ушел. Стук его трости долго разносился эхом по просторным коридорам особняка. А я всё стоял и смотрел на портрет Павловой. Ну, точнее Шишкиной-Вронской. Уж кем, а незаконнорожденной она никак не могла быть.
Во-первых, тогда её портрет не висел бы вместе с остальными. Но, даже если предположить исключительную привязанность князя к дочери, та явно пошла в мать, да и с законным братом сходство было сильным.
То есть, всё таки княжна.
Но что могло случиться такого, чтобы вынудить её покинуть дом, да ещё и притворяться простолюдинкой? Уж точно не страсть к сомнительным книжным любовным романам и природный дар.
Ситуация выходила более чем неловкая.
Пусть я всегда вел себя вежливо со всеми и не позволял лишнего, да и на титулы никогда особо внимания не обращал, но каков может быть скандал, если всё откроется. Княжна в услужении у графа… Ладно бы род обедневший, хотя и в этом случае неловкая ситуация, но Шишкины-Вронские явно не бедствовали. За домом и садом профессионально ухаживали, и обстановка была соответствующей положению.
Эфир информации о семействе не имел практически никакой. Скупые факты родословной, ведущей чуть ли не к истокам Руси, не только империи. И всё. Такое нередко бывало, многие аристократы пользовались возможностью убрать все данные о себе из открытого доступа. Кто нужно о них всё знал, остальным же нечего лезть в чужую жизнь. Вполне можно было понять.
Я, безусловно, мог обратиться в коллегию по делам дворянства и запросить сведения. Мало ли для чего. Проверяю потенциального делового партнера или выясняю состояние дел для сватовства… Причину можно было даже не указывать. Но в такой ситуации князю бы обязательно сообщили, кто им интересуется. Оттого и пользовались этой возможностью редко.