Да и прогуляться по любимому городу хотелось. Пройтись по мостовым, насладиться ни с чем не сравнимыми домами Петербургского острова, заглянуть в маленькие скверики и ощутить душу этого места.
Как бы меня ни увлекла романтика дикого леса за последние дни, город для меня был настоящим домом.
Интересный разговор застал меня в дороге.
Старший инспектор явно говорил с тем, кто его послал ко мне. Виновато оправдывался, что совершенно не к чему было не придраться. Его собеседник откровенно насмехался над таким ответом. Не верил, что их «порода» не смогла ничего найти. В общем, откровенно хамил заказчик.
Впрочем, неудивительно. Что ещё ожидать от человека, решившего действовать подобным образом? Уж точно не вежливости и воспитанности.
К сожалению, ни имени, ни титула, в беседе не прозвучало. Так что я ускорился, побоявшись потерять злопыхателя из вида. Тогда точно придется наведаться к инспектору домой.
Голос аристократа был непримечательным. Кроме явно демонстрируемого превосходства и недовольства, никак не выделялся. Даже возраст толком было не определить, эдакий средний тембр.
Но хоть мужской. Я уж было погрешил на бурное прошлое молодого графа. Да, прошло много времени, но у женской памяти, как известно, срока годности почти нет. Пусть я не припоминал ни одного действительно обидного слова или поступка, сотворенного Вознесенским, ведь все расставания были мирными. Но женская душа потемки пострашнее теневого мира.
Может, кто-то из них и пытался связаться. Но почту безжалостно уничтожал патриарх, а номер телефона я сменил. Так что приветы из чужого прошлого меня пока не настигали.
А что если это обиженный отец?
Каверзы не самый мужской поступок, но всё же решать такой вопрос дуэлью мне не хотелось бы. С одной стороны, поведение молодого графа ко мне не имело отношения. А с другой, я получил новую жизнь вместе со всем её багажом. А значит и разбираться с ним — моё дело.
В общем, когда я дошел до кабака, то надеялся, что заказчик из новообиженных.
На подходе ушел в тени. Публика возле заведения собралась не самая радушная. Ни к чему вызывать их живой интерес.
Таинственный незнакомец к этому моменту всё ещё не успокоился. Продолжал измываться над инспектором. Даже слегка жалко того стало. У меня уже руки зачесались хорошенько надавать по морде, когда они наконец закончили.
Хлопнула дверь и на улице появился человек, скрывающий лицо под длиннополой шляпой и шарфом, намотанным по самые глаза. Смотрелось это в летнюю ночь нелепо и смешно.
Я двинулся следом в тенях. Заказчик неумело плутал по дворам, сам несколько раз заблудившись. Видно было, что в подобных местах он бывать не привык. Но, несмотря на очень удобные для откровенной беседы места, я его не трогал. Может, его наглость связана с тем, что и ему поручили это дело. Нужно было убедиться.