— Скорей бы уже это завтра! — проворчал Аркан, отстраняясь. — Мы обвенчаемся и после того, как закончится церемония дарения, сбежим!
— Как «сбежим»? — удивилась Габи. — Куда? Нет, я согласна, но…
— Так в свадебное путешествие, в Преторию! На Юг! — Рем вскочил и принялся размахивать руками. — Мамерк прямо пишет: искать нужные тексты стоит в Преторианской библиотеке! Тут даже номера фондов и полки указаны! Конечно, времени прошло немало, всякое могло произойти, но южане очень консервативны и историю свою чтут! Да они молятся на своих предков, особенно аристократы! Так с чего бы им не сохранить написанные ими тексты? И Преторию за эти двести лет никто не брал штурмом, бумаги не должны были пропасть… Найдём, обязательно найдём кончик путеводной нити и пойдём дальше!
— И ты так просто бросишь всё это? Герцогство, Орден… — Она пожала плечами. — Как ты себе это представляешь? Нет, я тебя не отговариваю, идея ужасненько замечательная, но…
— Плох лидер, без которого то, что он строил, разрушится, — покачал головой Рем. — Мне есть на кого всё оставить. Разор, Ёррин, Эадор, Оливьер, Скавр и многие-многие другие — талантливые руководители и совершенно точно разделяют моё видение будущего. Нет, мне не страшно оставить Орден и Аскерон — здесь справятся без меня. По крайней мере — какое-то время. Да и к отлучкам моим все привыкли. Мы оставим им записку — прямо в шатре новобрачных, то-то будет хохма!
— Габи, можно я войду? — вдруг раздался от входа в шатёр женский голос.
— Мама? — удивилась девушка, широко открытыми глазами глядя на Аркана. — Ты так поздно?
«Тёща!» — мелькнуло в голове у Буревестника.
— Я войду? — Голос был требовательным.
— Подожди, я приведу себя в порядок! — откликнулась Габи. А потом она зашептала: — Давай лезь под кровать, тут в пологе расстояние между колышками чуть больше, ты пролезешь!
— Что происходит, Габи? Я вхожу!
Когда госпожа Атерна вошла и потёрла глаза, привыкая к свету фонаря, то увидела Габриель, которая сидела на постели, закутавшись в простыню. Лицо юной невесты полыхало румянцем, глаза блестели.
— Доченька, ты не спишь? Ты плакала? Почему у тебя так горит лицо? Бедная моя малышка…
Рем же в это время прятался в лопухах и шарил по карманам, пытаясь понять, где именно внутри шатра оставил дневник Мамерка Аркана.
— Ты посмотри на него! — Децим повернулся к Флавиану. — Он просто светится от счастья! Помнишь, брат, каким мы встретили его на Сафате? В крови — своей и чужой, среди убитых и раненых, с иззубренным клинком! Его глаза горели жаждой убийства, он казался воплощением одного из древних богов войны! А теперь? Нет, я не против и желаю счастья и любви братику, но это просто удивительно, что женщина делает с человеком!