За бритыми наголо оптиматскими монахами солдаты вели осла, на котором задом наперёд, в дурацком колпаке на голове и грязной рогоже вокруг бёдер сидел мужчина — измождённый, весь в кровоподтёках и ссадинах.
— Корнелий Гаста! — выдохнул Рем. — Они захватили в плен князя Альбакастры! Проклятье! А головы — головы принадлежат Фрагонару и Бергандалю, чтоб меня!
Шагах в трёхстах от ворот, как раз на дистанции полёта стрелы, маг остановился и произнёс:
— Жители Первой Гавани! Вы всегда были настоящими имперцами, всегда стояли за единство людского рода! — Голос волшебника явно был усилен чародейским образом, потому что слышали его на пару вёрст окрест. — Добрый император Карл Вильгельм Краузе покарал мятежников, коими являлись ваши князья. И теперь повелевает вам отворить ворота и впустить хранимое крылами Феникса войско, дабы установить в городе законную власть! Тем паче если ваш господин Люциан мёртв, то вы свободны от клятв, данных в далёкой седой древности великим семьям… Некому вас вести и никто не вправе повелевать вами!..
Он бы ещё многое мог сказать, однако был самым бесцеремонным образом прерван.
— ЗНАМЁНА! — выкрикнул Буревестник с башни. — С нами Бог!
Огромные чёрные полотнища со страшной оскаленной рожей Красного Дэна Беллами развернулись на каждой из башен, и тысячи глоток ответили парламентёрам узурпатора:
— С нами Бог! Виват, Аркан!
Делегация смешалась, а Луций Корнелий Гаста расхохотался как безумец и вдруг спрыгнул с осла! Руки его невероятным образом оказались свободными! Подъёмом стопы князь врезал одному из солдат в пах, выхватил у него из рук копьё и тут же коротким ударом пробил врагу бедренную артерию, ушёл в перекат, невероятно грациозным движением выбросил оружие вперёд — и проткнул брюхо ещё одному оптимату!
— Арка-а-а-ан!! — Крик Корнелия был даже громче, чем усиленный магией голос волшебника. — Аркан, убей их всех!
И бросился на многочисленную охрану, в последний, неравный бой.
— Мы убьём их, Луций, — скрипнул зубами Буревестник, наблюдая, как несломленный князь Альбакастры, лучший копейщик в мире, забирает с собой в загробный мир одного врага за другим, а потом падает, истекая кровью из множества ран. — Прикончим всех до единого!
Осада Первой Гавани началась.
Ставка главного командования оптиматов расположилась на невысоком холме, на дощатом помосте, в роскошном пурпурном шатре среди огромного воинского лагеря. Здесь собрался цвет рыцарства, лучшие военачальники, знатнейшие феодалы — все, кто принимал решения и руководил Крылатым походом.