В любом случае «тёща» — это звучало угрожающе. И потому он выразился мягче:
— Маме, наверное, можно.
— Тиберий, дорогой, ну что ты там всё время читаешь? — возмутился Флой. — Это ведь просто некультурно: тут стоит медовая пахлава, клюква в сахаре, груша в вине, а ты пялишься в какую-то древнюю писанину! Вот что я тебе скажу, мой милый друг: когда у тебя будет первая брачная ночь с этой очаровательной крошкой — даже не смей брать с собой книжку в опочивальню, а-ха-ха-ха! — Маркиз запрокинул голову и рассмеялся, обнажая белоснежные зубы.
— Это дневник Мамерка Тиберия Аркана Пустельги, — наконец оторвался от чтения Рем. — Мне его вручил экзарх, понимаешь?
Он потянулся, хрустнув суставами. Мужчины расположились в любимой беседке Флоя, во дворе его аскеронской усадьбы, среди диковинных растений, певчих птиц, мягких подушек, вина и сладостей. Обе подруги-жены маркиза восхитились возможностью заняться примеркой нарядов для будущей герцогини: они утащили Габриель наверх и были настроены подобрать ей не только фасон свадебного платья, но и целый гардероб на все случаи жизни. Четыре маленькие девочки — дочки хозяина усадьбы — под присмотром нянек резвились неподалёку, на газоне.
— Экза-а-арх? — с большой любовью глядя на своё многочисленное потомство, протянул Флой. — Это ведь было сделано с умыслом, да?
— О да, — кивнул Аркан и подцепил вилкой кусочек груши. — Речь идёт о каком-то кладе прежних , если я всё правильно понял. Это не деньги и не драгоценности, это — наследие другого рода. На полях дневника есть пометки рукой экзарха: он думает, это может пригодиться в борьбе с оптиматами. Ну, понимаешь…
— Феникс, — помрачнел Флой. — Они взяли Тимьян, призвав Феникса, эту пернатую тварь.
— Химеру! Эгрегор! — уточнил Рем. — Мои люди доносят: Синедрион пополнился новыми членами, и большая часть из них — Белые Братья…
Мужчины некоторое время молчали. Лица обоих стали напряжёнными, Флой барабанил себя пальцами по коленке, а потом спросил:
— Как думаешь, чем они займутся после Тимьяна? Атакуют дю Массакра? В любом случае для нового Крылатого похода потребуется полгода или год, чтобы зализать раны и набрать добровольцев… После разгрома под Шарантом они четыре месяца собирались с силами и напали не на нас, а на гораздо менее защищённый Тимьян.
— Им нужна была победа, — кивнул Аркан. — Любой ценой. Мы их вздрючили. Никто не любит, когда его вздрючивают… А теперь они будут воспевать узурпатора, и мощь оптиматской церкви, и своего пернатого эгрегора. Знаешь, я не думаю, что они нападут на дю Массакра или на Север. Наверняка Синедрион рассчитывает завладеть людскими ресурсами Западных провинций, и это может у них получиться, если одна победа над еретиками превратится в успешную войну за объединение Империи.