Я поерзала по полу пятой точкой, упакованной в нежно-розовые кружева (ироничный подарок мужа в честь «романтики, Варх дери, Ахавы»). И только в них.
Выудила из-под мятого зада несколько твердых кварцевых кристаллов, стряхнула с бедра джантарную пыль… И вспомнила наконец, как оказалась в гхарровом кабинете.
Меня сюда призвали!
Снова. Ровно в тот момент, когда я открыла черную бархатную коробочку, выудила из нее нежно-розовое кружево и решилась примерить…
— Каждый раз срабатывает, — довольно прохрипел Райс, наощупь находя свой подарок и похлопывая по нему ладонью. — Ты все еще моя судьба, Лисс.
Как мальчишка, ей Варху… Он будто всякий раз надеялся, что я не призовусь. И можно будет сделать вид, что я вовсе не судьба этого мрачного носатого исчадия.
Но я упрямо призывалась, да. Каждый год, стоило Кейру начертать виззарийскую пентаграмму и бросить в нее какие-нибудь личные вещи. В этот раз он хотя бы обустроил площадку для «приземления». Расстелил маты, расставил свечи…
Все лучше прошлогодних «сиятельных даров», когда я плюхнулась в озерцо за полигоном. Романтика Ахавы, болот и плотоядных пиявок!
— Кейр! — я ошеломленно указала на подоконник, залитый солнечным светом. — Уже утро!
— Без паники, — Райс поерзал затылком по полу и поднялся на локтях. Огляделся, щурясь. Подтянул к себе черную горку тряпок.
— Да как без паники, как без паники? — вспомнила о кое-чем крайне важном. Смертельно важном. — Мы оставили его одного на всю ночь!
— Не одного. Я договорился с няней, — проворчал магистр, натягивая брюки.
Я, оценив свои кружева, торопливо сграбастала его рубашку. Пока еще осталось, что сграбастать.
— Это с какой же? — недоверчиво усмехнулась.
Весь Анжар наслышан о наших «особых обстоятельствах». И весь Анжар вот уже год отказывается работать в нашем доме. Найти няню на ночь весенних даров… Не из Хитаны же Кейр ее вызвал?
— С самой надежной, — муж скривился в коварной улыбке. — С такой, которая не сбежит, даже если очень захочется.
— Опять наказал кого-то из природников? — догадалась со вздохом.
Если раньше Райс пугал студентов ночевкой на болотах и ловлей исчадий мрака, то теперь на факультете появилась новая страшилка. Трехлетняя, черноглазая, рыжеволосая.
— Всего лишь своего младшего ассистента, — Райс поднялся, сгреб с пола розовые кристаллы и закинул в ящик стола.
Потянулся, задрав руки к потолку, помял затекшую шею, вздохнул полной грудью… И бессовестно растратил половину восстановившегося резерва, перенеся нас порталом к порогу дома.
— Расточительство, — деловито прошипела ему в подмышку.