— Нам бы домик летний поставить, — доехав место я спрыгнул с коня и помог спуститься девушке, — хотя почему только летний, скажи — а зимой с рыбалкой тут как?
Едва слова сорвались с губ, мне за них стало тут же стыдно. Сам всю свою сознательную жизнь с помещиками-эксплуататорами боролся, а тут вдруг самого на роскошь потянуло! Моционы у реки, рыбалка с удобствами, вот ведь едрена вошь! Правду говорят, к хорошему быстро привыкают.
— Не знаю я насчет рыбалки. Рыбачить и охотиться в доле могут только доллены. Ну или их управляющие. Мама хоть раньше и била дичь, но делала это тайком.
— Менять надо эту порочную практику! Вернемся домой — напомни. Новый декрет издадим, что зверя бить всякий может, только нормы введем, чтобы не браконьерили.
— Мужики наши не очень охотится умеют. Только некоторые украдкой это делают. Как моя мама…
— Ничего, друзья твоей мамы научат, — сказал я и прикусил язык. Ну вот зачем я про охоту эту дурацкую заговорил? Я решил, что надо менять русло разговора, — когда зверя и рыбу не выбивают, ими леса и реки кишат. Я тоже по этому делу не мастер, но кое чему научить могу.
Вытащив вилы, я направился к берегу, на ходу подумав, что чем они не острога?
— Ты кого-то поймать хочешь? — девушка, позабыв о печали, бежала за как ребенок.
— Не знаю, кто у вас тут водится, но вон те камыши подозрительно шевелятся. Сейчас мы этого «кого-то» добудем. Эх жаль, что огня у нас нет…
При этих словах позади нас раздались звонкие удары. Обернувшись, я увидел, что Булат бьет копытом о торчавший из травы камень. Каждый удар сопровождался снопом искр. Конеящер оказался не просто болванчиком стальным, он какой-никакой разум имел!
— Живем! — обрадовался я, предвкушая запеченную на углях рыбу. Ну или что тут в местных речках водится.
Я скинул крутку и брюки, оставшись в одних трусах, собираясь зайти на мелководье с камышовыми зарослями.
— Надеюсь у вас в речках крокодилы не водятся, — до меня внезапно дошло, что я сам могу оказаться добычей.
— Крокодилы? Это что?
— Крупные хищники.
— Нет, у нас таких нету. Давай я коренья соберу…
Намечавшееся пиршество на берегу было прервано самым беспардонным образом.
— Посмотрите-ка, виланский роман, как он есть! — раздался насмешливый голос. Который я начинал люто ненавидеть! Этот же голос будил меня по утрам.
Со стороны наши с Рани намерения действительно, наверное, выглядели как свидание. Но это не повод, чтобы издеваться над нами!
— Чего тебе надо⁈ — крикнул я подъехавшей на улаке Астрис.
— Новость вам рассказать. Пока мы тут милуетесь, нашу усадьбу взяли в осаду!