Но все было ложью. Уже тогда Арнлейв тайно управлял Амхельном, обучался некромантии и пытался соблазнить Тьмой всю ее семью, а обещанная свобода точно, как и сейчас, в любой момент могла обернуться новой золотой клеткой.
— Когда я захвачу этот мир, мне будет приятно его разделить с кем-то, кто мне не безразличен, — тень падала на изуродованную часть лица Эгго, оставляя на свету растянувшиеся в улыбке губы, легкую ямочку на здоровой щеке и темные глаза, блеснувшие задорным огоньком.
— Разделить мир, полный трупов. Как романтично…
— Все, чтобы моей любимой некромантке было с кем играться, — Эгго беззаботно прилег напротив, подставив под голову руку. — Что мне еще сделать, чтобы ты поверила мне?
— Ты — психованный социопат, Арнлейв, способный убивать по щелчку пальцев и манипулировать чувствами других людей, — без какой-либо эмоции на лице вымолвила Джен. — Вряд ли найдется хоть один человек во всем Верхнем мире, кто действительно доверяет тебе, а не попросту боится.
— И ты тоже… боишься меня? — нахмурился Эгго и прежде, чем она ответила бы каким-либо саркастическим комментарием, он продолжил, протянув было к ней руку, но так и оставив лежать на кровати на полпути к инфанте. — Дженнифер, этим ты меня и зацепила, что никогда не испытывала того трепета, который присущ большинству из моего окружения. Более того, ты никогда не боялась встречи со мной, даже наоборот, я отказывался верить, что ты так стремилась найти меня только для того, чтобы убить. И несмотря на это, я отчетливо помню ту нашу первую ночь, которую мы провели в Лонде-Бри…
— Я пыталась ее забыть, — не сдержалась Эфрейн и изобразила отвращение на лице.
— Не верю, — хитро ухмыльнулся Эгго. — Этот момент — такой же особенный в твоей жизни, как и убийство Беренгара. Как и попытка убить меня. В каждом из этих моментов ты преисполнялась свободы. От стереотипов по поводу Тьмы, от тирании своего отца, и, наконец, от мести, отравлявшей твою жизнь. Последнее ты еще не осознала, но все еще впереди.
— Я по-прежнему хочу убить тебя, — процедила Дженнифер, чувствуя, как где-то внутри вновь пробудилось зудящее пламя.
— Вот! Именно! — чуть ли не хлопнул в ладоши Арнлейв, подобрав под себя ноги и сев в позе лотоса. Всем своим видом он пытался изобразить из себя ее давнего приятеля, словно и не было всех этих убийств и предательств между ними. — Именно в этом признании ты настоящая, такая, какой я тебя хочу.
— Смерть побери, меня сейчас стошнит, — закатила глаза инфанта, на всякий случай отодвинувшись от Эгго. — Сперва тебе придется убить меня, а потом воскресить, как зомби. Думаю, такому психу, как ты, это даже понравится.