Привязанный к дереву старался говорить убедительно, без раздумий и пауз, первое, что приходило в голову. Подстраивался в разговоре под собеседника, пытаясь угадать, что эльфа заинтересует, возмутит, взбесит в конце концов…
— Врешь, коротконогий! Твой лживый язык я вырву сразу, когда сочту наш разговор пустым.
— Мертвым язык без надобности. Так может прекратим трату твоего ценного времени? А то еще пропустишь момент, когда человек прикончит стагаза.
Гном не зря считался мастером словесных баталий. Он знал, на какие кнопки надо нажимать, чтобы разжечь в собеседнике интерес, потому и озвучил самое невероятное для шишколобого предположение.
— Этому не бывать никогда! Королевского стагаза не победить даже могучему магу нашей расы. Ты, видать, совсем разум потерял, если поверил в невозможное. А присмотреть за гибелью Данилы будет кому и без меня.
— Надо же, ты человека назвал по имени! — Пленник нанес очередной укол по самомнению эльфа. — До чего докатился…
Гном нарочно затягивал разговор, втайне надеясь, что вот-вот произойдет нечто из ряда вон, и эльфу станет не до него. А тогда уже времени на мучения не останется, и его прикончат быстро.
— Много ты понимаешь, недомерок! Этого можно, он убил Аивауда голыми руками. И пусть ему помог амулет Руха, но наш великий артефакт не каждому станет служить.
— Аивауда? Убил? Сказал бы кто другой — не поверил. И вы ТАКОЕ спустили ему с рук⁈ Человеку?
— Знал, что вы все тупые, но не до такой же степени! Ты мозгами хоть иногда пользуешься? Стагаза для того и вызвали, неужели непонятно? А заодно и ваших ритуальщиков ему скормили.
— Выходит, лучше не отнимать медальон, а заставить человека работать на себя⁈ — Гном на оскорбления не реагировал, делая вид, что пропустил их мимо ушей, а фразу произнес так, словно сделал великое открытие. — Это ж какая мощь!
— Ты об этом все равно никому не скажешь. Однако легкую смерть я пообещать тебе могу, если под клятвой кровавому камню назовешь имя того умельца, кто сумеет изъять амулет.
— Я не говорил: «сумеет изъять», а сказал, что есть умелец, готовый попробовать. Зовут его Рамз, могу подтвердить сие под самой страшной клятвой. — Гном назвал свое имя и действительно был готов поклясться.
— Пожалуй, не настолько ты туп, — начало доходить до шишколобого. — Заболтать меня решил? Или надеешься, что притаившаяся вон в тех зарослях мразь сумеет тебя спасти? Зря. — Эльф швырнул заклинание в орешник, за которым прятался Бозидар. — Топай сюда, ничтожество! Я смотрю, ты мой амулет потерял? Что ж, сейчас это кстати. Чего за сабельку схватился? Хочешь ее на мне опробовать? Давай попробуем.