— Вольно, садитесь, — махнул рукой Аристов. Вздохнул, поправил траурную повязку. — Садитесь, господа кадеты. Жизнь продолжается, Господь даровал нам дни наши, чтобы прошли они с пользой.
Класс, где они сидели, сильно отличался от остальных.
Был, во-первых, куда больше.
Во-вторых, сиденья шли амфитеатром, словно в университете или в Академии Генштаба, куда Федю Солонова как-то раз взял папа.
В-третьих, стены были густо завешены топографическими картами. Карты все исчёрканы красными и синими стрелами; стрелы сталкивались, переплетались, словно змеи и Фёдор знал, что каждое такое столкновение оборачивалось солдатами, навсегда оставшимися там, на сопках Манчжурии — потому что названия были куда как знакомы: Порт-Артур, Ляоян, Мукден…
Сквозь высокие арчатые окна с раскрытыми жалюзи лился мягкий сентябрьский свет. Привычные грифельные доски скрывали катавшиеся на рельсах сдвижные панели, как и в классе самоподготовки, увешанные крупномасштабными штабными картами.
В середине же помещался огромный квадратный стол, вернее даже не стол, а нечто вроде коробки, огромной песочницы, в которой кто-то поставил макеты холмов и гор с зелёными лесами и голубыми нитками рек меж ними. Были там и домики, и мосты, и заборы, и… чего там только не было!
Такие макеты Федор до этого видел только в столице, в Артиллерийском музее. Остальные кадеты, похоже, тоже.
— Игровой стол, — Две Мишени любовно похлопал по полированному боку. — Извольте видеть, господа кадеты, внутри него мы можем построить любой рельеф, любой ландшафт с достаточной степенью точности. Скажем спасибо Фаддею Лукичу. Фаддей Лукич, братец, спасибо тебе.
Из угла выступил немолодой уже бородатый унтер. Хоть и в годах, обмундирование на нём сидело как влитое, сапоги сияли, а в бляху, если б не герб, наверное, можно было смотреться.
— Рад стараться, ваше высокоблагородие, Константин Сергеевич.
— Да… мы с Фаддеем Лукичом, ныне — старшим штабс-фельдфебелем в бессрочном отпуску, там как раз и побывали. Во-он на той вот горушке… Верно, Фаддей Лукич?
— Верно, вашевыскородие, господин подполковник! Дали прикурить япошкам!
— Мы-то дали, Фаддей Лукич, а вот другие… — покачал головой Две Мишени. — Смотрите, господа кадеты. Вот — скользящие по опорным штангам бегунки с захватами, с их помощью мы сможем передвигать свои отряды. Проектор — вот он — поможет нам определять дистанции, назначать сектора обстрела и так далее. А самое главное, — подполковник усмехнулся, — результат всех ваших действий будет, как и на войне, во многом определять удача. — И он выложил на стол несколько крупных многогранных кубиков, какими играют в сложные настольные игры. — Иными словами, господа кадеты, вы должны будете доказать мне, что способны действовать лучше, чем тогдашние наши генералы, многие из коих ныне в отставке. За противника — японцев или иных — буду играть я сам и не думайте, господа, что вам от этого выйдет облегчение.