Впрочем, низкой она была для Мергеля и ему подобных, а не для бывшего ныряльщика Данилы Ключевского. Даже то, что я подтвердил свой дворянский титул, богаче меня не делало.
— Сто восемьдесят тысяч за две недели, — повторил я вслух.
Громов помолчал. Он понимал, что мне нужно не сочувствие, а время на подсчёт.
Я прикинул в уме. Премия Купеческой гильдии Трёхречья за то, что я уничтожил пиратскую базу, двадцать тысяч. Вексель можно было обналичить в любой момент. Производство тестеров набирало обороты, Совсем скоро оно начнет приносить не только пользу, но и прибыль. Но живых денег здесь еще не было.
Русалочьи камни из пещеры визгунов стоили целое состояние, но их оттуда надо извлечь. К тому же, это обрушит рынок и потребует объяснений.
Арифметика не сходилась, и это было мягко сказано.
— Данила, — Громов заговорил осторожнее. — Я мог бы оформить кредит на ваше имя. Под залог будущих поступлений от «Атлантиса». Условия будут не лучшие, учитывая сроки, но…
— Нет, — я отбросил этот вариант сразу. — Брать один долг, чтобы закрыть другой, скверная стратегия. За такой срок ни один банк не даст нормальных условий, а ростовщики в Синеозёрске дерут три шкуры, как и везде. Не переживайте, Василий Петрович. Я с этим вопросом разберусь.
Громов не стал настаивать. За несколько месяцев совместной работы он усвоил, если я сказал «разберусь», значит разговор на эту тему закончен.
— Понял вас. Тогда есть еще одно дело. Помните, вы подавали заявку выкупа права собственности на Синюю Дыру?
— Конечно помню, — ответил я. — И что с ней?
— Городская управа дала согласие. Пятнадцать тысяч рублей за уступку прав фирме «Атлантис», документы у меня на столе, — доложил Громов и сделал короткую паузу. — Данила, с учётом того, что мы только что обсуждали, вы подтверждаете свое решение?
Вопрос был разумный. Пятнадцать тысяч из двадцати, которые лежали на счету. После подписания у меня останется пять тысяч рублей, и расстояние до выкупа закладной станет ещё длиннее.
Но я не из тех людей, кто мечется и меняет свои стратегические планы под влиянием обстоятельств
— Подтверждаю.
— Принято, оформлю сегодня, — на том конце зашуршали бумаги, и скрипнуло перо, Громов записывал. — Документы можете забрать через три дня, но это чистая формальность, озеро ваше
— Благодарю, Василий Петрович.
— Тогда у меня всё, буду ждать от вас новостей.
Связь прервалась. Я положил чарофон на тумбочку и лежал, глядя в потолок. Квадрат солнечного света сместился по стене и добрался до выгоревшего прямоугольника на месте картины, которую Лазурины увезли вместе со всем остальным.