— Термометр?
— Нет.
— Барометр?
— Нет.
— Гигрометр?
— Определённо нет.
— Спидометр?
— Для прибора проверки воды⁈
— А вдруг захотите измерить скорость течения!
В конце концов, видя полное отчаяние в глазах мастера, я сдался:
— Хорошо. Десять приборов строго по моим чертежам. Но один, только один! — можете сделать со всеми вашими наворотами.
Эффект был мгновенным. Шестаков просиял как ребёнок, которому разрешили не спать до полуночи.
— Правда⁈ С музыкальным модулем⁈
— Если влезет.
— И с подсветкой⁈
— Ладно.
— И со взбивателем для капучино⁈
— … Да что ж вы к этому капучино привязались?
— Это будет шедевр! — Шестаков уже носился по мастерской, собирая инструменты. — Мой поющий универсальный водный процессор войдёт в историю! Его будут изучать в академиях! О нём напишут в учебниках!
— Главное, чтобы остальные десять были обычными.
— Да-да, скучные простые корпуса, понял-понял!
Мы договорились о цене. Сто рублей за всю работу, что было очень умеренно и разумно. Шестаков готов был работать и бесплатно, лишь бы дали создать свой шедевр.
— Три дня! — кричал он мне вслед, когда я поднимался по лестнице. — Нет, четыре! Нет, два! Нет, лучше пять, чтобы наверняка!
На улице я вдохнул полной грудью. После душной мастерской даже пыльный городской воздух казался свежим горным бризом.
«Дядька делает поющий чайник!» — Капля всё ещё хихикала. — «Зачем? Чайники не поют!»
«Боюсь, этот будет. И танцевать, возможно, тоже».
В кармане зазвонил чарофон. Я достал трубку — номер магазина «Мертенс и сыновья».
Неожиданно
— Алло?
— Господин Ключевский? — вежливый мужской голос с идеальной дикцией. — Магазин «Мертенс и сыновья» беспокоит. Напоминаю о примерке, назначенной на сегодня. Скоро три часа дня, а от вас нет известий.
Я посмотрел на часы, ничего себе время летит.
— Это надолго?
— Максимум полчаса, сударь. Мастер портной уже ожидает вас.
— Буду через двадцать минут.
Костюм для вечернего визита. Без него в «Туманную гавань» не пустят, Аглая предупреждала. Нужно выглядеть соответственно.
Пришлось моей лодочке до банка посетить ещё одно место.
В три часа дня ровно я прибыл в «Мертенс и сыновья» на назначенную примерку. Портной, самый худощавый мужчина с руками пианиста, уже ждал меня в примерочной.
— Господин Ключевский, точно вовремя. Костюмы почти готовы, осталась финальная подгонка.
На манекенах висели два моих заказа. Тёмно-синий костюм при дневном свете отливал глубиной озёрной воды. Ткань была настолько качественной, что менялась в зависимости от угла зрения. Серый выглядел сдержанно, но эта сдержанность была обманчивой. В каждой линии читалось мастерство кроя.