Фиру ничего не оставалось, как скрипнуть зубами и подчиниться. Победа князю нужна ничуть не меньше, чем тренеру, пускай и совершенно из других соображений. Преподаватель вскоре уехал, так как ему надо было присутствовать на старте у Мисти, а эльфа вместе с другими участниками эстафеты погрузили в обычный наземный автобус и повезли к началу беговой дистанции: небо на любой высоте над олимпийскими объектами закрыли для перелетов.
Беговая трасса представляла собой не стадион, а ограниченный отрезок марафонской дистанции. Фиравелу она была знакома, так как ради собственного любопытства и за компанию с Егором он ее пробежал пару месяцев назад. Поставил в голове галочку, что «да, он может», и больше к этой теме не возвращался. В конце концов, он не антилопа гну, и бои на мечах как способ поддержания физической формы князю нравились значительно больше.
Уже на старте стало видно, что вдоль всего маршрута, как, наверное, и на предыдущих двух участках состязания, собралось множество болельщиков: родители, друзья, одноклассники, ученики младшего возраста, которых специально привозили на мероприятие, чтобы пробудить в них спортивный азарт и интерес. Они толпились за оградительными барьерами, и многие участники старались разглядеть среди них своих близких. Фиравел же был на исходной позиции лишь телом. Все его сознание сейчас плавало около любимой девушки, прося у богов для нее сил и удачи и мечтая скорее увидеться вживую.
Они с Мисти общались последний раз по комму всего несколько часов назад, но князю казалось, что прошла целая вечность. Чем ближе была их встреча, тем томительнее до нее тянулись минуты. А еще очень нервировала неосведомленность о том, что происходит сейчас в начале дистанции. Он тревожно оглядывался по сторонам в надежде, что хоть у кого-то есть комм, подсоединенный к прямой трансляции, но, похоже, организаторы олимпиады тщательно побеспокоились о том, чтобы изолировать участников от «ненужной» информации.
До финиша первых велосипедистов оставалось совсем мало времени, и участников третьего этапа вызвали к стартовой черте. Передача эстафеты происходила над ней: если хоть один из спортсменов пересекал ее или даже нечаянно заступал, с команды сразу снимались баллы, а на столь серьезных соревнованиях каждый из них был решающим.
Парни рядом заметно волновались, Фиравел же сам поражался, с чего это вдруг он так спокоен. Нет, князь очень переживал, как там его любимая девушка, но о дистанции почему-то совершенно нет. Как будто в мозгах включилась специальная блокировка, отсекающая действия и мысли от ощущений. Как перед боем.