– Эйден, не переживай, мы поделимся прибылью, – «успокоил» Гилард, видимо, решив, что дело только в этом.
– Да-да, Странники отлично платят за качественную оболочку. Мы не жадные, хватит на всех.
От их слов меня бросило в дрожь. Кожа на миг показалась чужой одеждой, и я обхватила себя руками, словно это могло помочь остаться в собственном теле, если Эйден передумает и согласится на предложение Галхейтов.
– Обещаю, я никому ничего не скажу! – сделала я отчаянную попытку, переводя взгляд с Эйдена на братьев. – Я не хотела вас подслушивать! Это все Астра! Я собиралась пробраться в Сады Сновидений, а оказалась здесь!
Голос предательски дрогнул, слезы подступили к глазам.
– Хотела, не хотела… Это уже не важно, – пробормотал Гилард.
Эйден, не слушая их больше, потащил меня к двери. Его хватка не ослабевала. Но на пороге он резко остановился и уронил не оборачиваясь:
– Я согласен, но у меня есть условие.
Мне показалось, что напряжение в комнате стало почти осязаемым.
– Какое? – осторожно спросил Гилард после мучительной паузы.
– Сегодня на балу мы принесем взаимные клятвы, чтобы ни у кого из нас и мысли не возникло об обмане.
– А она? – Гилет указал на меня подбородком.
– Я не… – попыталась было я снова.
– И она тоже, – ответил за меня Эйден, снова больно стиснув мне плечо. – И еще: вы отдадите мне медальон Ашеронской стражи.
По лицам Галхейтов я поняла, что Эйден говорит о вещице, с помощью которой они заставили его сотрудничать.
Братья переглянулись в очередной раз.
– Хорошо, мы заключим магический договор на балу, – сказал Гилет.
– Но медальон ты получишь, только когда дело будет сделано, и не раньше! – припечатал Гилард.
Эйден скрипнул зубами, но кивнул, а затем дернул дверь на себя и выволок меня в коридор.
Я послушно семенила за ним, напуганная и дезориентированная. Мне казалось, что я провалилась в глубокий, темный колодец, из которого не выбраться. А моя прежняя тихая жизнь, где самое большое волнение доставляли заболевшие растения, осталась далеко позади…
Лишь когда мы оказались на улице, я уставилась на вывеску таверны «Последний порог» и поняла, что все это время была в знаменитой гостинице на нейтральной территории. Здесь со мной и правда могло случиться все что угодно!
– Пусти! – Я снова повела плечом и заявила: – Никаких договоров и клятв! Хватит с меня!
В прошлом году я, будто круглая дура, поддалась на подначки одногруппниц и поклялась, что до конца следующего фестиваля раскрою тайну игникоров. Как итог: у меня на это осталось три дня, а все, что я узнала – чужие секреты, из-за которых можно поплатиться жизнью.