— Куда ниже-то? — Велиал почесал висок. — Ну, давай в виде сделки оформим. Я всего лишь желание клиента выполнял, все дела.
— Ты не демон перекрёстка, ты вообще не демон, — я несильно стукнул себя папкой по лбу. — Ты не можешь заключить полноценный контракт.
— Возможно, — Падший потёр подбородок, а потом медленно перевёл взгляд на съёжившегося Мазгамона. — Но у нас есть демон перекрёстка, который способен помочь с этой неразрешимой проблемой.
— Кто, я? — Мазгамон замахал руками и попятился. — Нет уж, меня в свои сомнительные игры не втягивайте. К тому же далеко не факт, что даже на уровне сделки всё сработает как надо. Вы тех бабок из Петровки видели? — он прикусил язык, но было поздно, я уже заинтересовался. — В общем, Мурмур не даст соврать.
— Не беспокойся, Мазгамончик, — ответил я ему язвительно. — Никто с тобой настолько сомнительных сделок заключать не собирается. Если бы Велиал немного подумал, то понял бы, что уничтожение Аввакумовского куста всего лишь увеличило бы Мёртвую пустошь. А мне её всю подарили. Очистить же её от нежити и облагородить демон перекрёстка второго уровня не в состоянии при самом великом желании. Здесь нужно согласование всех сторон, включая Небесную канцелярию. А если они этого до сих пор не сделали, значит, это не в их интересах.
— Какой ты скучный, Фурсамион, — махнул рукой Падший. — Жутко нудный и дотошный. Правила нужны, чтобы их нарушать, а кому как не представителям Адской канцелярии этим заниматься. Ладно, повеселились и будет. Мазгамон, я, вообще-то, за тобой пришёл. Вылезай из этого тела и уходи домой. Я не собираюсь за тобой постоянно бегать.
— Ни за что, — и Мазгамон ринулся из зала, разорвав те тончайшие чары, наложенные Велиалом, чтобы на нас никто не обращал внимания.
Что странно, я даже следа его ауры не смог почувствовать. Он каким-то образом умудрился так виртуозно закрыться, что даже Велиал своими ограниченными силами на этой земле вряд ли смог бы его найти по демонической ауре. К нам, словно опомнившись, поспешили те, кто ещё не успел принести поздравления, а Велиал, ругнувшись, бросился за Мазгамоном.
В дверях он столкнулся с княгиней Гнедовой. Елизавета Ивановна внимательно осмотрела Падшего и вышла из бального зала вслед за ним.
Прошло минут десять, и поток поздравляющих иссяк, и нас с Настей временно оставили в покое. В зале стало душно, и все французские окна распахнули, впуская прохладный ночной воздух.
— Ну что, потанцуем или сразу отправимся в сад, рассматривать местные беседки? — спросил я у Насти, наклоняясь к её уху.