— Да приболел… простыл маленько, — хрипло ответил Роберт, сдерживая кашель.
— Тогда чего тебя понесло в такую сырость?
— Да задолжал тут кое-кому вещи привезти. Всё тянул, тянул… пришлось выползти. Слушай, у тебя телефон есть? Мне позвонить надо.
— Есть. Пойдём в подсобку.
Серёга впустил его за стойку и открыл дверь в маленькое служебное помещение.
Роберт медленно набрал на диске знакомый номер. В висках тяжело стучала кровь, в такт длинным гудкам. Ему казалось, что время остановилось.
— Алло… — послышался голос Дины Павловны.
Роберт вздрогнул и сразу повесил трубку.
Несколько секунд стоял неподвижно, потом резко обернулся:
В пианиста просьба не стрелять, он играет как умеет
Настроение у Роберта всё равно оставалось тяжёлым, несмотря на то, что встреча с Яной до сих пор согревала его изнутри. После разговора с Рыбой на душе остался неприятный, липкий осадок. Что именно тревожило его, он и сам до конца понять не мог. Сказывались и болезнь, и слабость после температуры, и эта вечная неустроенность собственной жизни, которую он особенно остро ощущал каждый раз, попадая в тёплый, уютный и удивительно налаженный мир Яниного дома.
Ему нравилась их семья. Особенно мама Яны. Роберт давно заметил, что именно на ней всё держится — порядок, спокойствие, атмосфера дома. В ней чувствовалась внутренняя сила и уверенность, и он вдруг поймал себя на мысли, что всегда хотел видеть рядом с собой именно такую женщину — сильную, надёжную, настоящего партнёра по жизни.
А потом он вспомнил Яну — её решительное: «Ну всё!» — и то, как она неожиданно села к нему на колени, первой потянувшись к его губам.
Роберт невольно улыбнулся.
Подходя к своему дому, он вдруг заметил на фоне белой стены тёмный женский силуэт. Женщина нервно ходила вдоль фасада, то и дело сжимая и разжимая руки.
Присмотревшись, Роберт узнал Женю.
—«Боже…только этого не хватало…не сейчас» , — поморщился он, чувствуя, как наваливается усталость. Разбираться с чужими переживаниями у него не было ни сил, ни желания, но, всё-таки ускорив шаг, он подошёл ближе и окликнул её по имени.
Женя вздрогнула и резко обернулась.
— Ты, наверное, совсем замёрзла… Что ты здесь делаешь? — спросил Роберт, подходя и по привычке целуя её в щёку.
— Роберт… Ну как так можно? — с тревогой заговорила Женя, едва не плача. — Я уже не знала, что думать. Разве можно так пропадать?
— Да всё нормально, — устало ответил он. — Просто заболел. Провалялся дома почти неделю с температурой.
— Вот видишь! Я же чувствовала, что с тобой что-то случилось! — горячо воскликнула она.