— А что мне делать?
— Зарабатывать авторитет. И тогда тебе не надо будет заставлять — тебя и так начнут слушаться. Ты умеешь организовывать, это заметно…
Ладно, немного польстил, но это только в рамках лечения души.
— Вот я, например, командовать не умею. Я даже в армии…
Твою мать!!!
— … не стал бы рваться в командиры.
Фух. Вроде пронесло… Но ты за языком-то следи, доктор Фрейд самозваный.
— Ты вообще с чего вдруг взялась нами командовать?
— Мне на комиссии сказали: «Ты комсоргом была? Значит, руководи своими будущими однокурсниками. Чтобы к экзаменам готовились, а не балду гоняли».
Я щелкнул пальцами. Потом еще раз. И еще.
— Ты чего?
— Крокодилов отгоняю.
— Тут нет крокодилов — повелась она на старую шутку.
— Видишь, действует.
Ланита засмеялась:
— А правда?
— Слово пытаюсь вспомнить, которым тебя можно назвать…
— Дура? — хихикнула она.
— Нет. О, вспомнил: гиперответственная.
Тому, кто ей брякнул про руководство — нужно гвоздь в голову забить. Мог бы и подумать, что девчонка и вправду кинется руководить и чуть нервный срыв не заработает.
Вообще, Ланита не такая уж и плохая… да вообще не плохая!
Будем с ней дружить.
[1] Они — действительно демоны. Японские. Но герой все равно путает — не там ставит ударение. Японские демоны не они́, а о́ни.
[2] Герой пытается примерить на собеседницу образ Эльвиры из фильма 1988 года «Эльвира, повелительница тьмы».
[3] В селе есть церковь, в деревне ее нет. Впрочем, в аналоге СССР пятидесятых разница и впрямь невелика.
[4]
[4] Председатель профкома, то есть профсоюзного комитета — мелкая руководящая должность в системе профсоюзов, генсек, генеральный секретарь — глава партии. Кстати, во время действия книги генсековв партии быть не должно — в нашем мире должность отменили еще при Сталине.
[5] Герой ошибается аж дважды. Во-первых, это не цитата из Сталина, а лозунг, висевший над воротами Соловецкого лагеря. А во-вторых — сам лозунг придуман только в 1988 году, в документальном фильме «Власть соловецкая». Где его почему-то написали в дореволюционной орфографии, с ерами и ятями, хотя их отменили в 1918 году, а Соловецкий лагерь открыли в 1923-ем.
— Не скрипи так кроватью, — попросила Нитка, отдышавшись.
— А то твоя соседка заинтересуется, что на этой кровати такого происходило, что ее так расшатали?
— Дурак, — она покраснела, хихикнула и кинула в меня подушкой.
Кстати, в этот момент мы находились на разных кроватях, в разных концах комнаты. Уточняю на случай, если кто-то подумает что-то нехорошее.
Ланита, похоже, поняла свою ошибку, решила, что должна наработать авторитет — боюсь даже предположить, какими методами она будет это делать — после чего успокоилась, расслабилась… и попросила меня побыть с ней еще немного. Краснея так, что я… сам чуть не покраснел от своих мыслей.