У одной рана на животе сочится огромная, и сердце моё дрогнуло.
— Арти, походный мед комплект давай, — командую решительно, встав перед пострадавшей. — Ваше величество не будет против, если чуток подлатаю?
— Ой, да что мне за дело, — отмахнулась Страпонелла, последней пленнице одежду дорезав.
Пачку кванто–пластырей принял от мага и быстро прилепил поверх раны. Плюс наших технологий в том, что промывать ничего вручную не нужно. И эффект анестезии даст, и микроорганизмы убьёт, и ткани нарастит быстренько.
Впервые девица дёрнулась беспокойно, но позади стоящая воительница её тут же под задницу голую угрожающе ухватила.
Второй пластырь налепил для полной уверенности и вернулся к трём предыдущим, чтобы и царапины залатать. Другим клею, тоже дёргаются, будто специально показывают, как брезгуют. Но вскоре замирают, ощущая эффект.
Одной бедолаге ляжку заделывать пришлось сразу тремя.
— Сердобольный ты наш, — комментирует Страпонелла иронично, встав позади меня немного. — Что за штуки–то хоть? Не отрава?
— Прокладки бабские, — отвечаю, посмеиваясь. — У вас же то из одной дырки, то из всех щелей.
— Ну сучёнок, поговори мне ещё, — говорит с улыбкой или оскалом, хрен разберёшь.
Но я не обращаю внимания. Сосредоточен на раненных, которые начали уже переглядываться между собой. Особенно те, кого я залатал.
Дошёл до однорукой. А красива зараза. Прям очень–очень. Глазища сине–голубые аж пожирают, волосы золочёные в косах звёздным светом светятся. Фигурка самая атлетичная, но не перекаченная. По сравнению с другими невысокая, метр восемьдесят девять навскидку. Смотрит хищно, с вызовом. Самая непокорная среди пленных. И явно самая породистая. Ягодицы уж очень хороши, да сиси аккуратные красивы.
— Дочь их вождя Шидры, — представляет её Страпонелла. — Второй меч клана Лавиана воительница по имени Муана. Билась даже с одной рукой, когда окружили. Достойна уважения. Если рабыней для утех собрался делать, вторую руку ей отрежь и зубы вырви, только так останешься в безопасности. Хотя она тебя легко и ляжками задушит. Вижу, как глаза твои горят, адмиральчик. Послушай королеву, не вздумай у писюна идти на поводу, лишишься его быстро. Давай я её с мамашей лучше на кол определю.
— Да какие утехи, это не наш метод, — отмахиваюсь и к обрубку тянусь.
Муана задышала чаще, встрепенулась. Сразу две воительницы сзади подошли, придерживая за бёрда.
Снял тряпку, что от крови уже хлюпает, из раны хлынуло. А эта и не пикнула даже, глаза закрыла, вероятно, со смертью смирившись. Шесть пластырей налепил быстро. Но они только обрубок заделают, чтоб руку вернуть надо на крейсер её доставить. Ну хотя бы обезболят.