— Клинки сдайте, господа стражи.
Павел безропотно отдал воину свой кинжал. Я неохотно сделал то же самое.
Большую часть комнаты занимал круглый стол, на котором возвышался макет Морова — точная копия города со всеми изгибами стен, оборонительными башнями, улицами, домами и церквями. На ключевых позициях размещались оловянные фигурки солдатиков, всадники, пушки и флажки. Такое впечатление, что детишки собрались поиграть в войну. Вот только цена этой игры — настоящие человеческие жизни.
— Сегодня прибыли два ядра, — с резким акцентом, выдающим уроженца кантонов, сказал воин с рыжей щетиной, покрывающей впалые щеки.
Его лицо было изуродовано ударом булавы — страшно перебитый нос, деформированная челюсть. Небогатая одежда, тяжелая черная кираса со стальным воротником, открытый шлем-бургиньот под мышкой, два пистолета с колесцовыми замками за поясом, еще два, в кожаных кобурах, висели на бедрах, через плечо перекинута тяжелая рейтарская сумка с зарядами.
Внешность у него была узнаваемая, я уже успел наслушаться о Крехте Разбитая Рожа, талантливом командире наемников, служивших князю Горловицу.
— Еще бы они не прибыли, когда за каждое я заплатил по шесть тысяч грошей золотом. Распорядись, чтобы первое отправили Жиротинцу завтра же, — ответил князь.
Горловиц, в отличие от своего собеседника, любил одеваться богато — в бархат и шелк. За поясом носил золотой шестопер, символ княжеской власти в Чергии, пальцы были унизаны перстнями с драгоценными камнями, поверх стеганой куртки с соболиной опушкой висела тяжелая золотая цепь, украшенная рубинами и гранатами.
Князь оказался ниже меня на голову. У него был большой орлиный нос, взгляд хищной прожорливой птицы и жестокие складки в углах рта, стоило ему сжать губы. В густых усах и на, висках полно седины.
— Быть может, милорд желает, чтобы ими разрушили стены, а не город? Я помню, что вы не хотели здесь зимовать.
— Жиротинец спрятался за стенами, как улитка в раковине. И раковина прочная, Крехт. Я не хочу рисковать. Основной заряд прибудет на днях. Его и используем против укреплений. А пока мы посеем панику в городе. Завтра переведете пушки на другие позиции, на холмы к Варжи. Оттуда можно вести огонь по южной части Морова. После чудо-ядер бейте зажигательными по домам, пока изменники не взвоют.
— Не взвоют, милорд, — спокойно возразил наемник. — Жиротинец хорошо подготовился к осаде. Почти все, кто не умеет сражаться, были выведены из города. Вы это знаете.
— Знаю, черт бы его побрал! Сукин сын избавил себя от тысяч голодных ртов. Склады, если только их не получится отравить, позволят ему пересидеть всю зиму. И воды тоже предостаточно — Будовица под боком. Хоть упейся. A-а… Павел. — Князь заметил нас. — Ты вчера перепугал мою армию. Какого черта происходило в Ждановичах?