Да и права тетя Жанна. Мы на самом деле друг другу не чужие люди.
— Вот и славно. — Голос снова стал привычно-медовым. — Я знала, что ты хороший мальчик. А что натворил дел в прошлом — так с кем не бывает?
И повесила трубку. Ну а как же, последнее слово всегда должно быть за ней. И дочь в данном случае вся в мать!
— Кофе стынет, — скрипнув балконной дверью, сообщила мне Стелла. — И еще — Валер, ты уже фильтр куришь.
То-то во рту такой привкус пакостный! Тьфу!
Круассаны были хороши, джемы на этот раз не поражали странностью ароматов, что же до кофе, то тут вовсе слов не имелось. При всей своей вредности и стервозности варить его Воронецкая умела.
— Вкусненько? — прощебетала Стелла, пододвигая мне очередной круассан. — Нравится?
— Не то слово, — пробубнил я с набитым ртом. — Хоть что-то хорошее в это утро случилось.
— Какие-то проблемы? — показала ведьма глазами на лежащий рядом со мной смартфон. — Да?
— Твоими заботами, — прожевав кусок, произнеся я. — Кто тебя тогда за язык тянул? Ну когда моя приятельница заявилась? Ты пошутила, она поверила, собирается руки на себя наложить теперь.
— И пусть ее. — Стелла подлила мне кофе. — Прости, но я дураков да дур никогда не жалею. Если она глупа настолько, что не может взять и просто поговорить с мужчиной, которого любит, а вместо этого таблетки жрет или в петлю лезет, то, возможно, это не самый плохой вариант. Значит, она не готова к тому, что жизнь это не только праздник, что в ней иногда надо самой идти вперед, а не на месте топтаться и ждать, пока тебя кто-то подвезет. Вот этот джем попробуй, абрикосовый. Очень вкусный! С кислинкой.
И ведь даже не поспоришь, сказано все верно. Только от правоты этой не духами французскими пахнет, а серой тянет за километр.
— Вале-е-е-ер! — Стелла лукаво прищурила левый глаз. — А ты чего сегодня вечером делаешь?
— По делам уезжаю. — Я намазал круассан рекомендованным ей джемом. — По важным и неотложным.
— Ответ неверный! — Воронецкая погрозила мне пальчиком. — Сегодня вечером мы приглашены на ужин. Ну, вернее, приглашена я, а ты идешь со мной. Идешь, и это не обсуждается. Это важно для нас обоих.
— Не-а. — Я покачал головой. — Без меня. Я подобные мероприятия не люблю.
— Да что ты? — У ведьмы как-то вдруг исчезла игривость из голоса и озорство из глаз. — Ой ли? А если подумать?
— Ты о чем? — с набитым ртом поинтересовался у нее я.
— О том, что три дня назад ты охотно посетил поздний ужин в одном милом доме. — Воронецкая приблизила свое лицо к моему. — В Останкино!
— Поверь, измены не было, — отхлебнув кофе, укоризненно посмотрел на ведьму я. — В моей жизни теперь есть только ты, так что успокойся. Да и не такой там уж милый дом. Так… Здание, строение…