— Ты пришёл за мной? Так почему тогда я тебя жду? — проговорила моя фигура.
— Воз…во…щий… — прохрипел монстр. Из глубины палубы, затянутой дымом, к нему выбежал пожилой солдат с клинком, усиленным красным кристаллом. Молот снёс бедолаге голову, и всё это время Рабум не отрывал от меня взгляда.
— Я. Хочу повесить твою голову себе над камином. Поспеши, рогатый.
— Где…?
— Иди на свет, французик.
На месте, которое я выбрал для «дуэли», загорелись прожекторы, направив пучки света в темнеющее небо. И в тот же миг моя проекция исчезла, а почти сразу же молот обрушился на палубу там, где она была. Страшное орудие застряло в металле. Задрав голову, Рабум взвыл, выдернул молот, а затем очень быстро бросился к орудийным портам, выломал кусок брони и в прыжке расправил крылья.
Среди дыма появились фигуры спасательной команды. Ну, хоть кого-то удалось вытащить из лап Скверны.
— Неужели ты дашь мне убить эту тварь? — вдруг спросил Люций. — Ты же для этого меня взял, да?
— В очередь, Люций, — усмехнулся я, раздавая команды Черномору. — Но учти, за мной просили не занимать.
Когда мы проехали опустевшую Комаровку, где свет горел только в кузне (упрямый Тихон отказался уезжать, и сейчас, судя по дыму из печи, самозабвенно работал), Люций вдруг заорал:
— Тормози! Тормози, я сказал!
Капелюш тотчас выжал педаль, «Метеор» повело, но ещё до полной остановки вечный гаркнул уже мне:
— Он здесь!
Бессмертный резко наклонился, открывая дверь с моей стороны, и попытался вытолкнуть меня из машины. Я был быстрее. И едва мы оказались на дороге, как сверху на крышу «Метеора» рухнул Рабум. Молот пробил автомобиль насквозь, а громила в помятом пластикоре с хрустом продавил крышу.
— Юра? — окликнул я телохранителя. Выбрался ли он? Водник промолчал, но в Рабума одна за другой ударили несколько ледяных стрел. Ответ лучше любых слов. Жив и готов сражаться. Впрочем, генерал Скверны не обратил на них никакого внимания. Внутренний иммунитет к некоторым аспектам… Бывает. Редко, но бывает. Монстр рванул молот, выдирая из проломленного «Метеора».
— Я, конечно, не ожидал от тебя соблюдения дуэльного кодекса, но машину-то зачем ломать? — спросил я, глядя снизу вверх на Рабума.
— Возводящий… — прохрипел тот, перехватив оружие. Когтистые перчатки были покрыты ржавчиной и чёрными пятнами. — Так близко. Так глупо.
Люций беззвучно возник за спиной генерала, оба гравированных клинка вонзились в прорехи брони Рабума, чуть выше лопаток. Монстр вздрогнул, но не упал. А вот сталь усиленного оружия задымилась, и Люций вскрикнул от боли, отпустив рукояти. Гравированные клинки плавились в ране генерала.