— Спасибо, но в этой ситуации девять матерей всё равно не выносят одного ребёнка за месяц.
— Дело снова в порченом золоте, верно? — сказал с трона Император.
— Да, мой Государь, — ответил я ему.
— И всё же, такие знания должны принадлежать всем, — Крестовский нахмурился. — Быть может, идеи вашего сиятельства дополнят идеи наших отделов, занимающихся изучением влияния дикой Скверны.
— Иоганн, а какая ещё Скверна вам известна? — насторожился я. — Вы уже второй раз называете её дикой.
— Ваше сиятельство, простите, у меня своя конфиденциальность, — чуть поклонился биомант.
— Отвечай, — одёрнул его Государь. Крестовский склонился ещё ниже:
— Как пожелаете. Я продолжаю утверждать, что Скверна может оказаться ключом к тайнам мироздания. Ваш прорыв по излечению открывает безграничные возможности по её использованию в будущем. Как в медицинских, так и в военных целях.
— По-моему, мы уже говорили с вами об этом. Скверну нельзя использовать. Ни при каких условиях!
— Говорили, но я как был с вами не согласен, так и остался, — покачал головой биомант, в его глазах появился холод. — Скверна — это всего лишь инструмент. Вы же используете в своих делах силу Изнанки? В сферах, заполненных энергией мёртвых чудовищ. Чем же управляемая Скверна хуже?
Я уже слышал такие речи прежде. В прошлой жизни. Мой голос стал твёрже:
— Энергия в сферах — это высвобождаемая мощь, остающаяся после гибели Скверны, а не сама Скверна. А вы говорите как культисты Аль-Абаса!
Биомант выпрямился с видом, словно я дал ему пощёчину.
— Скверна не имеет ничего общего с верой, — отчеканил Крестовский. — Скверна не может заменить Господа. Даже сравнивать её с силой всевышнего — грешно. Культ поклонялся силе, которую она может дать. Я же хочу поставить её на службу человечеству!
— Вы погубите себя и тех, кто окажется рядом! — порывисто шагнул я к биоманту.
— Сахалинский! — одёрнул меня Император. — Моё расположение сложно получить, но потерять можно в одну секунду.
Мои кулаки сжались. Чёрт возьми, когда кто-то начинает заигрывать с силой, лишившей меня всего — я постыдно теряю контроль над собой.
— Скверна разъест вас и обратит на свою сторону. Вы сами не заметите, когда это произойдёт. Ваши мысли станут чужими, ваши цели станут чужими. Вы перестанете быть собой. — проговорил я максимально спокойным тоном, а после обратился к Государю:
— Ваше Императорское Величество, уверяю вас — не бывает полезной Скверны!
— Но это же не так, — вкрадчиво возразил Крестовский с неприятной улыбкой. — Верно, Аркадий?
Столыпин, к которому обратился Иоганн, не ответил, в очередной раз вытерев пот со лба. Император же поднял руку и произнёс: