— Ты его хоть кормишь?
— Конечно, — Добрыня кивнул. — И даже ведро ему поставил.
— Ведро? — я удивлённо выпучил глаза. — Ты ведь знаешь, что он — Князь?
— Да плевал я на его титул. Вор, он и в Африке — вор! Я с такими не церемонюсь. Собственно, а ты зачем приехал? Повидаться или к этому придурку? Это ведь ты его тут оставил, но так ничего и не объяснил.
— И повидаться, и к этому придурку, — я горько выдохнул. — Ладно, показывай, как он там поживает, а там я тебе всё и расскажу. Только подыграй мне немного, ладно?
— В чём? — Добрыня удивился.
— Блеф, друг мой, старый и добрый блеф! — подмигнув Добрыне, я зашёл за стойку и пошёл в сторону кладовки. Хорошо, что он его хоть со склада вытащил. Как ни посмотри, а Земцов — человек, хоть и с гнильцой. Ещё в клубе я это понял. Но, ладно, думаю, за эти пару дней он чему-то, да научился. И вполне возможно, понял, что из этой ситуации, без откупа ему не уйти.
— Эдик! — заходя в кладовую, я широко улыбался, глядя на побледневшего, потрёпанного Князя Земцова. Судя по паре синяков на лбу, Добрыня расщедрился на щелбаны. — А ты выглядишь не так плохо, как я ожидал. Как самочувствие?
В ответ жалобное мычание с нотками злобы, гнева. Эх, и ничему он-таки не научился. Следом за мной в каморку зашёл и Добрыня. Пройдя мимо, он уселся на стул рядом с компом и пригласил меня сесть рядом на соседний. Лежанка была занята дурно пахнущим Земцовым. И как Добрыня решился его туда положить? Или он его на время туда посадил, пока магазин открыт, чтобы тот слишком не мычал и покупателей не распугивал? Похоже на то.
— Ну, рассказывай, — Добрыня расположился на стуле поудобней. — Что тут произошло и откуда этот оболтус взялся?
Добрыня слушал меня с трепетом, постоянно поддакивая и не перебивая. Пару раз, когда во время рассказа фигурировал Земцов и его желание украсть сферу или убить меня, он пытался что-то промычать, за что и получал Знатный щелбан от Добрыни.
В целом, за весь мой рассказ, Эдик получил порядка десяти щелбанов. По разным причинам, но каждый раз, щелбан был всё сильнее и сильнее. Удивительно, как он не отключился или сотрясение не получил.
В конечном итоге, когда я закончил свой рассказ, Добрыня тяжело вздохнул и посмотрел на Земцова взглядом, от которого у того кровь застыла в жилах.
— Я считаю, его нужно кончать. Он ведь Князь. Доложит куда-нибудь, и на нас потом такие проблемы сваляться, что себе дороже выйдет. У меня есть знакомые, которые могут тело спрятать. Полгода его точно не найдут, а там уже с нами и не свяжут, — произнёс Добрыня. Глаза Эдика в этот момент нужно было видеть. Конечно же, здоровяк блефовал, как я его об этом и попросил. Никто не собирался его убивать и, тем более, прятать после этого тело. Хотя, я уверен, Добрыня об этом думал. Но делать мы этого точно не станем. Это не выгодно. Даже если он куда-нибудь заявит, что нам предъявят? Мы задержали преступника. К тому же теперь мы работаем с Империей. Наши слова имеют больший вес. — Конечно, если он не может ничего нам предложить и пообещать, что будет держать язык за зубами. Что считаешь, Алекс?