— А ещё игнорировал наши звонки весь день, из-за чего приходилось названивать Селене, — добавила Ева, опершись на спинку дивана, и посмотрела на меня. — Что за срочность лететь в Болгарию? Ты же планировал это только к концу недели.
— Не знаю, Габриэлла резко изменила планы. Похоже, король прижал. Да и надо помочь старой женщине, а то как-то нехорошо получается… В этот раз полечу один, спорить и упрашивать бесполезно. Вы сами видите ситуацию.
— После произошедшего в Китае, тебя страшно отпускать в командировки, — заметила Лиен-Сун. — А сейчас пойдём есть. Кстати, мы закончили с ремонтом, сейчас ожидаем первую партию товара…
— Звучит неплохо. Виола, тошнота прошла?
— Да, я и не заметила…
— Вот и хорошо, а теперь слезай с меня. Иначе я съем тебя здесь и сейчас… — облизнулся с улыбкой.
Интерлюдия. Романское королевство. Романия.
30 сентября 2002 года
Расхаживая по кабинету из стороны в сторону, Игорь Старинов пытался переварить то, что ему только что предложили, король Австрии — Вильям и Бенедикт, король Романа. После чего остановился возле кресла и рухнул в него.
— Вы совершенно не знаете Вениамина — он вас пошлёт.
— Куда? — переспросил Бенедикт.
— Нахуй! — недовольно ответил Игорь, — это в Перу.
— Хороший высокогорный курорт, — добавил с улыбкой Вильям. — Игорь, в чём проблема?
— В кодексе семьи…
— Кодекс можно и переписать, — сухо проговорил Бенедикт.
— Вениамина вы не перепишите. У него и так сейчас восемь жён. Он не пойдёт на это ни на каких условиях. Не понимаю, у вас что, нет местных универсалов?
— Благодаря Германии — нет, — поднялся из кресла Бенедикт. — А у нас нет наследников, нам обоим за шестьдесят, детей у нас уже не будет. Что ты предлагаешь нам? Игорь, мы на пороге войны, но война рано или поздно закончится, и мне не хочется, чтобы прервался мой род. Нам нужны наследники, и только твоя семья обладает достаточной родословной для этого. Ты и сам знаешь это.
— А я говорю, что не могу повлиять на Вениамина, он каждый раз сдерживается, чтобы не врезать мне. Давить на него тоже бесполезно — он основатель семьи, у него больше власти.
— Сколько он хочет? Сколько миллиардов? — спросил Вильям. — Мы можем заплатить, мы далеко не нищие.
— Вы не понимаете!..
— Чего орёте⁈ — недовольно спросил Самойлов, войдя в сопровождении Зубова. — Вас за пределами кабинета слышно.
— Обсуждаем вопрос, чтобы Вениамин стал отцом детей для двух принцесс, — ответил ему Бенедикт с вызовом. — Вы что-то можете сказать?
— Можем. Точнее, я могу, — проговорил Зубов, пройдя к столику и, взяв чистый бокал, налил себе вина. — Мне повезло быть с ним большую часть его жизни, и я знаю его гораздо лучше всех вас. Он не согласится ни на каких условиях. Вениамин уже всё для себя решил.