Он снова принялся стучать карандашом по планшету, затем что-то вспомнил и показал на брошюру, лежащую на кровати.
— Что думаешь? — спросил он.
Я улыбнулся, посмотрев на книжицу с картинками, написанную то ли для детей, то ли для дикарей. В дюжину страниц там рассказывалось, как в далёком двухтысячном году по всему миру начали появляться разломы, в которые затягивало людей, машины и животных. Всё, что попадало внутрь, исчезало бесследно. Учёные долго не могли понять, что это такое и как поступить. Такие участки пытались огораживать, но разломы существовали всего несколько дней, после чего закрывались, чтобы открыться ещё где-то. В один из таких и угодил троллейбус, следующий по четырнадцатому маршруту. А потом из разломов начали появляться разные существа, по большей части опасные хищники и злобные демоны. Догадываюсь, какая паника была. Если в такой разлом с той стороны вошёл бы отряд пепельнокожих палачей, они бы залили улицы любого города реками крови.
— Занятная книжка, — улыбнулся я. — Особенно про апокалипсис смешно написано. Ваши светлые господа не говорят, когда он случится? Точную дату не называют?
— Никто не знает точной даты, — он или не уловил сарказм в моём голосе, или решил не обращать на него внимания. — Но мы готовимся встретить его. Прикладываем все силы.
— Лучше бы дали почитать книжку о том, что изменилось в мире за последние двадцать лет. Изменились ли границы стран, кто сейчас президент, была ли большая война? А ещё меня интересует, появились ли летающие машины? Давно хотел пролететь над городом на такой, посмотреть на него с высоты птичьего полёта…
— Завтра в учебном классе всё расскажут, — он улыбнулся. — Машин летающих не изобрели ещё. Боюсь огорчить, но, кроме микроэлектроники, никаких чудес. Космос не покорили, зависимость от нефти и угля не победили.
— Жаль, — вполне искренне расстроился я.
— Но у меня есть и хорошая новость, — сказал профессор. — Мы нашли твоего отца. Он был рад узнать, что с тобой всё в порядке. Карантин продлится ещё неделю, но можешь сейчас написать ему письмо.
— Подожду, когда смогу обнять лично, — я опустил взгляд. — Не знаю пока, что написать. Но двадцать лет… ему уже пятьдесят пять…
— Отдыхай и ни о чём не переживай, — сказал профессор вставая. Всё что хотел, он увидел и записал в планшет. — Если что-то захочешь, просто скажи. В соседней комнате сейчас отдыхает сорокалетний мужчина. Он вернулся из серого мира и первое, что попросил, принести ему шоколадное мороженое. Говорит, что мечтал о нём все десять лет. А о чём ты мечтал?