— Не переспала. Вампиры не занимаются сексом! Он появился из ниоткуда. Как будто стоял все время в темном углу, наблюдал…
— Скорее всего, — подтвердил Брун.
— У него жуткие глаза — светлые-светлые, как тонкий лед, и сияют, словно вампирское солнце на черной башне. Я лежала в своей кровати, как куль с песком, и не могла пошевелиться, не могла сопротивляться. Знаешь, его взгляд, такой обволакивающий, липкий, как паутина. — Она отпила прямо из бутылки. — Мое сердце чуть не разорвалось, когда он укусил… Боль ужасная. И его язык холодный и шершавый, какой-то твердый, словно кусок бетона прошелся по коже. — Она опустила голову, волосы скрыли лицо каштановой завесой. — Он сказал, что теперь я сама к нему приду.
— Ты ведь понимаешь, что так и будет?
— Пусть хотя бы подождет подольше, — Эльза отбросила волосы, печально улыбнулась.
— Ты обращалась в полицию?
— А как же! Только у этого ублюдка оказалась свободная квота на инициацию.
— Но ведь ты не хотела…
— Он отделался штрафом. И выплатил компенсацию моим родителям. — Эльза поднялась с кресла. — Ладно. Я хочу привести себя в порядок. Где моя комната?
Брун тоже поднялся, взял ее за руку. При упоминании родителей губы ее задрожали, а ведь до этого держалась молодцом. Рука такая тонкая, даже страшно. Погладил большим пальцем хрупкое запястье — пульс бьется ровно и медленно. Похоже, она совсем не волнуется. А вот ему отчего-то боязно. Непонятно, как с такой обращаться.
— Моя спальня, — он кивнул на дубовую дверь в конце коридора. — Раз уж мы решили провести эту зиму вместе…
— С ума сошел? — Она вырвала руку с неожиданной силой. — Я не собираюсь с тобой спать!
— Нет? — растерялся Брун.
— Конечно, нет! С чего ты так решил?
— Ты задрала юбку до трусов через три минуты после знакомства, — рассердился он. — Это наталкивает на определенные мысли.
— А ты бы поверил, если бы я сказала про метку?
Он попросил бы показать, это точно.
— А потом светила коленками, зазывно облизывала губы, трепетала ресницами, — перечислил Брун. — Ты подавала отчетливые знаки!
— Ничего я не подавала! Людям свойственно моргать, знаешь ли. Как тебе такое вообще могло прийти в голову? Посмотри на себя и на меня — это технически невозможно!
— Почему это? — удивился Брун.
— Да ты огромный, как…
— Как медведь?
— Как грузовик!
— У меня были женщины-человечки, никто не жаловался, — возразил Брун. — Наоборот…
— И ты, значит, взял меня в расчете на халявный секс?
— Слушай, когда ты станешь кровососом, то будешь чувствовать все по-другому. Если у тебя вообще останутся чувства. Так что сама подумай — зачем отказываться?